Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Трагедия власти. Рассказ.

Сел раскрывать тему "царь хороший, да бояре плохие, подставляют царя, обманывают его, воруют и не докладывают". Погода спровоцировала кислотно-абсурдистское настроение. Так что вот.



Трагедия власти.


"Тут всю систему менять надо!" (неизвестный водопроводчик)


Площадь президентского кабинета чуть-чуть не дотягивала до тысячи квадратных метров. Вдали от двери, возле окна, спрятались письменный стол с телевизором на нём, мягкое вращающееся кресло и два шкафа, на полках которых неровно выстроились чёрные корешки ноутбуков. Сейчас за столом никого не было. Хозяин кабинета с ботинками в руках стоял возле двери, утопая носками в мягком ковре, и прислушивался.

В дверь стучали. Сперва стук был вежливым и тихим - от стола не расслышать. Однако спустя четверть часа он превратился в неровные грохочущие удары, контрапунктируемые криками и руганью. Преемник, не иначе. Точнее, преемники. Точнее, всё же преемник.

То есть сперва он был один и стучал тихо. Затем подошли остальные и взревновали, так что через минуту дверь сотрясалась беспрерывно и вразнобой. Наконец, как обычно, между преемниками началась драка, и теперь, достигнув известного консенсуса, одним из преемников остальные пытались выломать дверь. Скорее всего, тем самым, что пришёл первым. Дабы, сволочь, не отрывался от коллектива.

Президент ещё раз пожалел о решении упразднить должность мажорджома. Стоял бы себе фофан возле двери, прислушивался к стуку, объявлял в мегафон визитёров и запускал бы их по одному, но увы - с недавних пор эта должность считалась прямой дорогой в преемники. Из тех, кто сейчас ломился в кабинет, минимум четверо начинали свою карьеру с должности мажордома. А нынче их из телевизора не выгонишь.

Президент прокрался к окну. За окном бригада хмурых таджикских рабочих с басовитым щебетом удваивала ВВП. ВВП представлял собой крупную фаллического вида стелу с золотыми инкрустациями. На каменных табличках стелы рабочие с грамматическими ошибками гравировали тассовки на экономическую тему. Время от времени по площади проходил чиновник, интересовался, как идут дела, и указывал на недостатки, мол, инкрустации плохо блестят. Исправлялись недостатки с помощью наждачной бумаги, которую чиновник рачительно забирал с собой. ВВП был уже на тридцать процентов выше прошлогоднего, о чём сообщала крупная линейка красного дерева, вертикально стоявшая рядом со стелой. Журналисты из неграмотных путали эту линейку с вертикалью власти, хотя вертикаль власти была выкована из редкоземельных металлов и хранилась в Оружейной палате.

Чуть дальше на площади сплошным потоком ехали на работу другие чиновники. Роликовые коньки отечественного производства скрипели и визжали по булыжникам так, что слышно было даже за тройными стёклами президентского кабинета. Личные шофёры, пыхтя и отдуваясь, бегом тянули за собой на шнурках от "Гуччи" дядек в дорогих костюмах. Непременными атрибутами каждого чиновника были портфель под мышкой и мигалка в свободной руке. Время от времени портфели падали, чиновники начинали жестикулировать и ругаться, шофёры закладывали очень широкие повороты, и визг роликов становился совсем уж непереносимым. Президент порадовался, что борьба с коррупцией начала давать долгожданные плоды.

После особенно мощного удара в дверь та жалобно скрипнула, и один из болтов, на которых держались петли, сквозь осыпающуюся позолоту выпал на ковёр. Из-за двери раздались торжествующие крики. Президент, тяжело вздохнув, отвернулся от окна и включил телевизор.

Там показывали его. В кимоно цветов государственного флага, подшитом золотой парчой, он стоял перед привезённым с Суматры бенгальским тигром. За решётками, огораживавшими песчаную арену, заходилась плачем и умоляла спасаться Общественная палата. Зверь зарычал и прыгнул. Президент на экране сделал что-то, что очень длинно называлось по-японски. Тигр упал на спину, заскулил и умер. Президент перед телевизором тяжело вздохнул ещё раз - снималось это давно, запись уже надоела, и тигром тогда всё равно оказался Митрофанов из ЛДПР. Это было похоже на обман. Если честно, то по-настоящему Президенту очень хотелось полетать на бомбардировщике ещё раз, но преемники, забравшие слишком много воли, не разрешали.

Президент переключил канал. Показывали, как кого-то спасают от чего-то, что случается раз в сто лет и раньше никогда не было. На следующем канале интеллигентный интеллигент с циркулем в руках учил телеобозревателя, как вычислить скинхэда по форме черепа. Тут дверь всё же вышибли, и на пороге кабинета образовалась куча-мала, проросшая ветвями рук, в которых были зажаты листы формата А4. Куча верещала и лягалась внутри себя. Президент всердцах кинул в неё ботинком, но не попал. Пришлось подойти за ботинком и заодно взять наугад один из листков.

Просили разрулить дела с каким-то нефтекомбинатом. Прошение было на стандартном бланке, из тех, что висели в локалке администрации. №13/5, стилизация под письмо маленькой девочки из провинции. "Дарагой Призидент! Какая парода у Тваей сабачки? Вся наша школа очинь любит Призидента, и весь наш" (Президент прищурился, пытаясь разобрать вписанное от руки название города) "то же очинь любит. Только дядя Жора и дядя Аванес ис фирмы" ( Президент скипнул название) "не любят и гаварят бяки про Тибя. У них много акций каторые они наваравали" и так далее. Президент тяжело вздохнул третий раз и пошёл к столу.

"Маленькая девочка, а уже падонок", подумал он, "куда катится страна? Девятое письмо с начала недели". Достал дешёвую шариковую авторучку, которые глава администрации пачками закупал в пригородных электричках, наложил резолюцию "Разобраться. Почему никто не знает, что у меня гибралтар?" и расписался.

Преемники тем временем распутались и выстроились в лучившуюся благонадёжностью шеренгу. Тот, чьё прошение удовлетворили, синхронно получил локтями в живот от соседей, но улыбки не утерял. Судя по грандиозной радужной шишке на его выпуклом лбу, дверь вышибали именно этим преемником.

Президент преемников терпеть не мог. Они были назойливы и зачастую неприличны, они постоянно отрывали его от раздумий о будущем страны, оправдывая свою настырность тем, что будто бы приносят хорошие новости. Словно по телевизору хороших новостей нельзя увидеть. Если Президент не слушал визитёров, его начинали запугивать. Вот и сейчас какой-то преемник - или преемница - рассказывал страшную историю, как в северной столице поймали тысячу скинхэдов, и у каждого были пулемёт и скальп гастарбайтера для маскировки. Скинхэды хотели дождаться, пока со всего мира съедутся другие важные президенты, выйти на улицы и ослепить приезжих солнечными зайчиками от выбритых голов. "И тогда у вас не срослось бы фарцануть трубопроводами", угрюмо подумал Президент, но ничего не сказал, чтобы не связываться. То, что случалось с преемниками, которым он высказывал своё недовольство, было страшно. Их счастливые соперники на месте творили с ними такое, что ковёр потом не брала никакая химчистка. Тогда глава администрации вычитал за новый ковёр из президентской зарплаты, и оставшихся денег не хватало даже на пиво с колбасками. Приходилось неделями питаться гречневой кашей в кремлёвской столовке, безропотно снося хамство поварихи.

Преемники увидели, что Президент опечалился, и начали рассказывать ему хорошие новости. Один из преемников нашёл где-то в провинции конвейерную линию на ходу и теперь жужжал и размахивал руками, изображая её работу. Другой представлял в лицах схватку с чеченскими боевиками. Тот преемник, который работал с молодёжью, достал из кармана плюшевого медвежонка. Медвежонок стоически терпел тыканье преемническим пальцем в мягкое коричневое пузико, сопровождаемое сентенциями сколь ожесточёнными, столь и загадочными в силу плохой дикции. Ещё один преемник успел раскатать на стене мятый рулон плаката с изображением бюджетника в разрезе, и с помощью лазерной указки пояснял, куда пойдёт повышение зарплаты.

"И эти люди управляют страной", с горечью подумал Президент. Он подписал наугад ещё несколько листков, слабо махнул рукой - идите, мол, и с печальным смирением смотрел преемникам вслед, когда они взапуски побежали прочь по анфиладе, размахивая бумагами и радостно гикая.

В телевизоре опять показывали его. На этот раз он помогал какому-то трактористу пахать, объясняя, что "рычаги надо держать в руках крепко, а пахать старательно и глубоко". Фраза была не его, фразу по доброте душевной задаром подсказал политтехнолог, работавший на одного из преемников. У самого Президента на политтехнологов обычно не хватало после всех штрафов и вычетов из зарплаты. Членом профсоюза Президент не был, и за его права бороться было некому. В телевизоре сказали, что сегодня в полдень в рамках банкета состоится встреча Президента с Общественной палатой. Президент хлопнул себя по лбу и засобирался, перелопачивая ноутбуки на полках. Банкет на фоне обрыдшей гречневой каши казался счастьем.

..."Если бы народ только знал", думал Президент, глядя на собравшихся. Пиршество давно перешло в партер. Под длинным столом, перекликаясь, азартно ловили фашистов. Кто-то привёл медведя на цепи, тот долго гонялся на задних лапах за известной певицей, потом устал, присел за стол и налил себе "Абсолюта". "Опять Митрофанов", догадался Президент. Пресс-служба в полном составе спала на стульях в углу зала, в обнимку с камерами. Привлечённый гомоном, в двери просунулся какой-то преемник, брезгливо наморщил нос и исчез. Собравшиеся нестройно тянули "Естердэй", неподотчётные Общественной палате дамы средних лет из Госдумы норовили устроить на столе стриптиз, перебравший академик рухнул со стула, утащив за собой скатерть с фужерами.

Перед Президентом лежала принятая до банкета декларация о борьбе с чем-то таким во имя чего-то эдакого, оттиснутая на пергаменте и украшенная золотой печатью - её кто-то забрал себе на память. На декларации стояли тарелка с бутербродами и салатница. Из оливье торчала гнутая алюминиевая вилка. Завершала композицию полупустая бутылка "Вдовы Клико", которую забыл этот самый академик, когда подходил просить автограф на неразборчивом заявлении.

Президент решительно отодвинул посуду, перевернул декларацию и достал из кармана авторучку. "Дорогой народ!", вывел он на чистой стороне и задумался.

"Дорогой народ! Уважаемые россияне! Это я пишу вам, Президент. Я глубоко разочарован. Если бы вы знали, как задолбали меня вороватые и бездарные политиканы, которых мне приходится каждодневно видеть вживую, а не в телевизоре, как вам. А вы мне всё пишете про породу моей собаки, будто не выучили до сих пор. Не стыдно, а? Надо же что-то делать! Неужели вам безразлична судьба страны?"

Дальше слова не шли. Президент вспоминал народные лица, мысленно отмахиваясь от политических харь, лезших пред внутренний взор. Что было в глазах народа, что скрывалось в душах тех, к кому его выводили перед телекамерами? Хотели они свободы, демократии, стабильности, энергетической сверхдержавности? Отбывали номер? Или этот народ был такой же бутафорией, как цельно-пластмассовые ноутбуки на полках в его президентском кабинете?

"Пожалуйста, поймите меня правильно", плясал стержень по пергаменту, "спасибо вам за рейтинг, конечно, но зачем кривляться и строить из себя что-то таинственное, энигму этакую? Вы скажите прямо, я пойму. А то меня уже другие президенты спрашивают: чего у тебя за народ такой странный? Неудобно становится. Передавайте письма с нарочными, а то мою переписку читают все, кому не лень. Только пусть нарочные идут не через приёмную, иначе повяжут, как бедных нацболов, дай им бог здоровья. И поесть передайте, и ещё я слышал, что есть такие гелевые авторучки, так что неплохо бы получить такую хотя бы на Новый Год. Остаюсь на своём месте в строю, ваш Президент".

Он перечитал письмо и на всякий случай густо зачеркнул последнюю фразу до слова "ваш", чтобы преемники, если перехватят, не обиделись. Потом оторвал соответствующую часть декларации. Надо было что-то придумать с отправлением. Президент открыл бутылку "Вдовы Клико" и вылил оставшееся в ней содержимое в салатницу. Зашипело и запахло. Свёрнутый в тугую трубочку пергамент упорно не хотел лезть в горлышко, но в конце концов сдался. Президент закрыл бутылку, поднялся из-за стола и прошёл к двери мимо шкафоподобного охранника с АГСом на плече.

Блуждать по единообразно раззолоченным коридорам пришлось долго. После невесть которого по счёту поворота Президенту наконец открылось искомое - почти безбрежный бассейн под мощными лампами дневного света. На ближней стороне бассейна резвились преемники из тех, что помельче. Президента они не заметили, увлечённые спором об искусстве. Обсуждалась опера "Евгений Онегин", в которой одноимённый персонаж, не преуспев в сексуальных домогательствах к Ленскому, сдал того в ГУЛаг и сам же забил по пути туда прикладом "калашникова". Президент с презрительной усмешкой прокрался по бортику бассейна, широко размахнулся и выбросил бутылку с письмом в воду. Бутылка поплыла.

Президент не был уверен, что письмо дойдёт до народа. Однако он знал, что хотя бы эту ночь будет спать спокойно. А это, в конце концов, не так уж и мало.



Литература.


1. Передачи различных каналов русскоязычного телевидения.
2. Конституция РФ.




(всем, кто узрел в случайных совпадениях имён и обстоятельств нечто крамольное, просьба явиться в ближайшее отделение милиции на медобследование)

Tags: Самизнаетекто, глум
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments