December 4th, 2019

На полях. "Вы так произносите "геноцид", как будто в этом слове есть что-то плохое..."

Из комментариев к предыдущему посту одолжился названием "Геноцид" от Томаса Диша - и прочёл. Вообще-то оно "The Genocides" и переводиться должно как "Казни".

Издание 1965 года, автору 25 лет. С одной стороны, жаль: человек в летах мог бы решить тему поизящнее. С другой стороны, человеку в летах в 1965 году тема в голову не пришла бы.

Сюжет: инопланетяне извели людей, чтобы использовать Землю под плантацию. Замечу, что самым слабым - да и вообще ненужным - местом в книге оказывается текущий рапорт тех самых инопланетян: использовать земные даты и земные топонимы? Что ж, автору 25 лет.

Решение сюжета: группа людей, уменьшаясь числом, спасается от. Сперва тихо себе живёт в захолустьи, постепенно деградируя, потом до неё добираются инопланетные машины, и группа начинает уменьшаться числом уже радикально. Уходят под землю, - точнее, в корневую систему тех растений, под которые инопланетяне расчистили Землю - потом выбирается оттуда после уборочного сезона. "Ну вот, собственно, и всё", потому что жрать нечего.

Что сделал автор? Он отформатировал эту историю событиями из Библии, инвертировав их по времени и содержанию. Понятно, что персонажей поменьше, чем в священном писании, так что приходилось многостаночничать. Скажем, Бадди начинает как Блудный сын, а продолжает как Авель, а Орвиль изначально работает Хамом в земле Нод. Перечислять можно долго, а уже потом можно вспомнить, что я всерьёз эти древнееврейские сказки не штудировал, так что соответствий там, наверное, ещё больше. Что заметно даже мне, так это их инверсия по содержанию (вода отступает вместо потопа, Каин получил своё, жена Лота погибла, спасая книгу) и по времени - тоже не слишком точно, но сюжет не резиновый.

При этом такое структурное решение сперва вполне себе заслонено декоративными деталями, привлекающими внимание в каждом конкретном эпизоде и сливающимися во внешний уровень повествования. Например, трапеза на День благодарения решена в личных переживаниях и жестах её участников, и читатель уже с некоторой дистанции понимает, что здесь группа из христианской, хотя бы и кальвинистской общины провалилась в ветхозаветный патриархат. Библейских цитат и отсылок там выше головы - но именно что на уровне деталей в конкретных ситуациях, а не как указаний на то самое структурное решение сюжета. И сами "Казни" завершаются цитатой из Иова, что не синхронно авторскому формату - в самом конце автор описывает состояние ещё до творения, когда одна только любовь и больше ничего.

В заключение скажу, что форматирование собственного повествования автора через инверсию тем широко известного нарратива, да ещё и во времени - это по нынешним временам совершенно декадентские роскошь и сибаритство для читателя. Это автор с текстами работал, в рецепты смотрел, находки свои проговаривал, а не переклеивал в режиме "художественных приёмов" блёстки на голой жопе из папье-маше. Повторю, времена были ранешние, основательные, а автор оказался молодой, дерзкий.

Итого, почитайте, если захочется той роскоши. Примечание: о качестве перевода сказать ничего не могу.

Спасибо за внимание.