Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Category:
  • Mood:
  • Music:

Этико-футуристическое об армии.

Нижеследующая игра ума неизвестно во что посвящена рассмотрению весьма отвлечённого вопроса: описания идеальной армии идеального же российского государства в обозримом будущем. За неимением идеального российского государства - а выражаясь злобно-иронически, за неимением любого российского государства как такового (по моему мнению, государство "не для русских" российским считаться не может) - настоящее рассмотрение практической ценностью не обладает. Кроме того, проблемам перехода от нынешнего состояния раздербаненной до последней степени Советской армии к состоянию описываемому - чего уж там, восхваляемому - внимания не уделяет. Идеализм чистой воды плюс наплевательство на традиции и здравый смысл.

Для написания настоящего трактата я в очередной раз обратился к рассмотрению проблемы через призму всё той же работы "Поведение", по рельсам которой высказывался здесь же относительно различных милитарных парадигм. Предчувствую, что может прилететь немало нехорошего: и со стороны людей, несравнимо более компетентных в военных вопросах, нежели я - за извращённо-дилетантский взгляд на родные их сердцам вещи; и со стороны людей, не согласных с тем, как указанная работа применена к вопросу, а равно и с вульгаризацией оной работы вообще. Осознаю и каюсь заранее, для экономии траффика. Можете считать эту работу развлечением ради развлечения, раздуванием углей под жертвенным алтарём хандры, на который возложен пуд галлюциногенов в подарочной упаковке. Дышите глубже, наслаждайтесь. Трактат дли-инный.

Введение.

Остановлюсь на некоторых моментах, обдуманных мною со времён текста о различных военных парадигмах.

Во-первых, как мне было указано и, кажется, неоднократно: представлять всё общество целиком как последователей некоторой этической системы есть приближение по меньшей мере смелое. Хорошо. Принимаю, что в обществе некоторым образом сосуществуют все четыре этические системы и соответствующие им полюдья - просто проявляются они в разной степени, и в разное время один и тот же индивид вполне может быть носителем разных этических систем. Например, вполне можно считать, что социализации молодых поколений как правило может быть сопоставлена этическая эволюция, начиная со школьных стаек с вполне себе "южным" полюдьем "как все, так и я".

Помимо прочего, это означает, что в одной и той же стране вполне могут - более того, для достижения наивысшей эффективности, должны - сосуществовать структуры, относящиеся формально, например, к одной и той же "армии", но организованные в разных этических системах.

Во-вторых, само понятие "армии" нуждается в расширительном толковании - хотя бы и с тем, чтобы "закрыть" одним словом дружину Рюрика, наёмников Валленштейна и трудармии Троцкого. Далее мною армия понимается как часть общества, ситуационно специализированная для ведения войны (ожидаемо), а вот войну можно рассматривать, как упорядоченную деятельность общества по устранению причин массовой несвоевременной смерти членов этого общества. Как видите, и "война с разрухой", и "война с терроризмом" и даже "война с птичьим гриппом" укладываются в это определение.

В-третьих, любая сколько-нибудь многочисленная армия, ведущая войну в условиях различия свойств "полей боя", будет организована иерархически. Как правило, уровни этой организации соответствуют уровням абстрагирования при решении поставленной задачи. Уровни абстрагирования в собственно военном искусстве известны мне как тактика, оперативное искусство и стратегия. Однако существуют ещё два уровня абстрагирования, которые полностью к военному искусству не принадлежат. "Личный уровень", то есть взаимодействие отдельно взятого бойца со "своими" и "чужими" - бой, но ещё не война; и уровень "большой стратегии", где война является лишь одним из инструментов "делания политики" - конфликт, но уже не война.

Этика как таковая влияет на ведение войны именно на этих двух уровнях. На уровнях промежуточных, от тактики до стратегии, не бывает решений, подлежащих самостоятельной этической оценке; не бывает этичных и неэтичных поступков. На этих уровнях различные армии не могут быть сравнимы между собой по любому критерию, "завязанному" на этику.

Тем не менее, решения, принимаемые на "личном уровне" и на уровне "большой стратегии", в том числе и под влиянием той или иной этической системы, определяют тактические и стратегические решения. Более точно можно сказать, что "личный уровень" определяет этические ограничения по ведению войны, а уровень "большой стратегии" определяет этичные варианты ведения войны. Здесь ничего нового не сказано: точно так же физические ограничения отдельных бойцов определяют, что составленное из этих бойцов подразделение может сделать на поле боя, а план операции, спущенный "сверху", определяет, что это подразделение на поле боя сделать должно.

Основная часть.

Далее четырёхкратно: после очерка моих представлений об идеальной армии, построенном на одном из правил этики, попробую рассмотреть роль такой армии в будущем - но от того не менее идеальном - российском государстве.

Армия Юга.
Этическая система: "Я должен относиться к другим так, как они относятся ко мне".
Полюдье: "Я должен делать то же, что и все".

Грубо говоря, это вооружённая толпа, составленная из отдельных банд, и вопрос её боеспособности определяется только наличием людей, способных и имеющих право задать остальным нужное поведение. И персы, и спартанцы из кинокомикса "300" представляют собой именно такие армии; по крайней мере там, где речь идёт о строевом бое. Просто у спартанцев по жизни были лучшие сержанты.

Боеспособность "южной армии" зависит от численного соотношения людей-"образцов поведения" и всех остальных, взятого с учётом скорости и пропускной способности каналов связи, по которым информация о нужном поведении распространяется.

Если это соотношение недостаточно, армия перестаёт быть как целое, вырождаясь в сумму партизанских банд, где главарь ("образец поведения") может влиять на боеспособность остальных в пределах его прямого контроля (связь). Все, кто в эти банды по каким-либо причинам не вошли, угрозы противнику не представляют, прекращая военные действия при первой возможности. Именно поэтому "иракской армии" уже нет, а "чеченской армии" никогда не будет.

С учётом современного уровня развития техники, можно сказать, что "армия Юга", как единственный и основополагающий принцип организации вооружённых сил государства, отжила своё. Однако это относится именно к вооружённым силам. Военизированные структуры, не встречающиеся с врагом на конвенционном поле боя, вполне могут, а часто и должны быть организованы именно по этому принципу.

Причина такого утверждения в следующем. Особенностью "армии Юга" является способность приводить человеческий материал, её составляющий, к некоторому уровню цивилизованности, характерному для данной армии (напоминаю, что цивилизованность сообщества есть способность сообщества к упорядоченным, сложным и разнообразным действиям, а цивилизованность человека есть способность существовать в таком сообществе и поддерживать его). Из этого следует, что "армия Юга" может решить задачу цивилизации малоцивилизованных людей, а равно задачу научения их привычке повышать свой уровень цивилизованности. "Не можешь - поможем, не знаешь - научим, не хочешь - заставим".

Род войск, который лучше всего воплощает "армия Юга" - она самая, "царица полей, но не кукуруза". При этом, конечно, под желательным воплощением в смысле организации таковой понимаются современные мотострелки, а не персидская орда в Фермопилах и не махновцы с ушкуйниками.

"Армия Юга" в будущей России может быть проявлена в следующих ипостасях.

1. Трудовая армия - ресурс рабочей силы для решения системных экономических проблем России, например, приведения в порядок "инфраструктуры".

2. Аналог "Гитлерюгенда" - военизированная молодёжная организация, имеющая целью задание высокого качества человеческого материала смолоду.

3. Как и было сказано, собственно армия со смешанным принципом комплектования, куда в обязательном порядке призывался бы на довоспитание низкокачественный человеческий материал.

Обязательным требованием к такого рода проектам станет учёт соответствия цивилизованности рекрута и уровня цивилизованности, задаваемого спецификой подразделения, куда рекрут зачислен. Качество человеческого материала в "армии Юга" должно улучшаться, а не наоборот. Отсюда следуют:

а) наличие системы мониторинга уровня цивилизованности, начиная с начальных классов школы: кондуит, база данных школьного психолога - называйте, как хотите;

б) наличие в перечисленных организациях нужных "образцов поведения" в достаточном количестве - читай: развитой институт сержантов и прочих пионервожатых;

в) классификация подразделений в перечисленных организаций по уровню цивилизованности с учётом ротации личного состава - например, в применении к "трудовой армии" это означает, что её польза не сводится к копанию и закапыванию ям под трубы, речь идёт и о сложных специальностях;

г) практически индивидуальный подбор личного состава в подразделение.

Вот здесь организационно и политически вполне можно разодолжиться у пресловутой Федеральной Службы им. Роберта Энсона Хайнлайна. Такие институты могут быть использованы и как фильтр для миграции, и как аналог пионерской организации (минус идеологическое кондиционирование), и как дополнительные годы образования для двоечников с обязательной специализацией.

Подчеркну, что такого рода сопряжение армии и общества, когда армейские вопросы в принципе не могут решаться только в рамках армии, получается благодаря тому, что "южная этика" сильнее проявляется на низших уровнях абстрагирования в военном искусстве - а на "личном уровне" в действующей массовой армии "южную этику" и "южное полюдье" можно считать определяющими. Напоминаю, что "личный уровень" как раз и относится не только к армии и войне, через него и происходит сопряжение армейских и общественных задач.

Забегая вперёд, отмечу, что "армия Востока" и "армия Запада" в достаточной степени обособлены от общества, а вот в "армии Севера" проблема сопряжения армии и общества возникает вновь, но уже на высшем уровне, уровне "большой стратегии".

Армия Востока.
Этическая система: "Я не должен относиться к другим так, как они не относятся ко мне".
Полюдье: "Я не должен делать того, чего никто не делает".

Как было определено в предыдущем тексте, "армия Востока" есть армия сословная, дружина - то есть армия

а) наёмная;
б) как правило, вынужденная вести войну "по понятиям", то есть согласно признанных кодексов, конвенций, стратегических трактатов с ограничениями на ведение войны;
в) сражающаяся - прямо или опосредованно - за военную добычу;
г) обычно воюющая с подобной себе армией.

Боеспособность такой армии в большей степени определяется вооружением и квалификацией каждого отдельного бойца в ней, нежели взаимодействием между бойцами. На поле боя эта армия может разогнать "армию Юга", но может и огрести от неё же по первое число. Точно так же, как десяток рыцарей мог разогнать тысячу восставших крестьян с вилами, но тому же десятку в ста метрах от строя уэльских лучников - или даже плохо обученных городских сопляков с хорошими арбалетами - я бы не позавидовал. Просто потому, что до стрелков их благородиям ещё надо было добраться.

Разумеется, развитие военных технологий вообще и конкуренция со стороны иных вооружённых сил в частности заставили развиваться в плане лучшего взаимодействия и наёмную, сословную армию именно как целое, как сообщество. Тем не менее, принцип "каждый сам за себя" никуда не делся: наёмник продаёт собственную жизнь, потому он и способен чётко её оценить в сравнении с иными предметами, до жизней своих боевых товарищей включительно. Это понимание может модерироваться и возвышаться идеологическими конструктами типа "рыцарской чести", но может и оставаться в первобытной неприкосновенности.

Именно умение каждого бойца просчитывать риски делает идеальную "армию Востока" высокоадаптивной боевой силой, очень хорошо умеющей решать боевые задачи в пределах возможного (как это возможное понимается бойцами). Однако при постановке такой армии невозможных задач она становится опаснее для нанимателя, чем для противника в силу тех же причин.

"Армия Востока" является практически идеальным средством ведения локальных конвенционных конфликтов, сильно зависимых от промежуточных целей "высокой политики". Прошу отметить, что это определение относится и к внутренним конфликтам очень малой интенсивности, вроде поддержания порядка в городе.

Какой-то отдельный род войск "армии Востока" сопоставить трудно, но понятно, что в большей степени ей будут соответствовать войска, где важно мастерство: мастерство ли разгона толпы, мастерство ли обращения с ЗРК.

В будущей России такая армия может быть воплощена через следующие мероприятия:

1. Законодательное разрешение наёмничества, и лесом идут эти международные конвенции: они были выгодны СССР как сверхдержаве, а к нынешней и будущей России это понятие ещё долго отношения не возымеет;

2. Создание большого количества вполне себе ОАО с преобладанием казённого капитала, осуществляющих найм и использование человеческого материала в целях, которые расписаны в статьях 2-й и 18-23-й вот этого закона. Да, замена ВВ на совокупность спонсируемых государством охранных предприятий, причём с правом заключения субконтрактов. При этом полностью частные ОП убрать со сцены, возможно, тоже законодательно.
Тут надо сделать примечание. Если помните, недавно шла тема "разрешить крупным российским корпорациям свои вооружённые структуры". По моему мнению, это вредительство и предательство. Правильным решением стало бы создать такого рода ОП и разрешить крупным корпорациям заключать с ними контракты, при этом организационно ОП оставались бы зависимыми именно от государства. Тот же подход может быть использован в выстраивании федеративных отношений "центр-регионы", когда местная власть нанимает у центра необходимые силы для поддержания себя, любимой. Или местной власти предлагают такие услуги, чтобы, бедненькая, не заботилась организовывать схожие структуры сама, требуя у центра амнистий и привилегий для своего малэнкого, но гордого человеческого материала.
3. Снятие явных ограничений для иностранных юрлиц на использование услуг таких ОП за пределами российской территории. А уж схемы оплаты простраивать в наше время умеют. Это к вопросу потери Россией баз за рубежом, вывода контингента из того же Приднестровья и т. п.. Трубопроводы опять же нуждаются в охране, сами понимаете. Выражаясь в ещё более общих категориях, "армию Востока" можно использовать как средство вывода нестабильности за границы России - пусть "настоящие буйные" пользу приносят.

Отношения "армии Востока" с "армией Юга" в границах одного государства достаточно очевидны: "армия Юга" поставляет "армии Востока" обученный персонал, плюс при серьёзных скачках рыночной конъюктуры в "армии Юга" всегда найдутся сержантские вакансии. Тем не менее, "армия Юга" не является единственным источником человеческого материала для "армии Востока", в последнюю может записаться кто угодно; здесь определяющими являются отношения "спрос-предложение" и "цена-качество".

Интерлюдия. Система "армия Юга"+"армия Востока" в случае крупного вооружённого конфликта с участием России может быть развёрнута в составляющую нормальной индустриальной армии, где "армия Юга" предоставит достаточно качественный и многочисленный обученный личный состав, а "армия Востока" даст подготовленных и, возможно, обстрелянных военспецов. В сумме это вряд ли будут какие-то элитные, ударные части, но просто сухопутные войска, удовлетворительно решающие задачи контроля территории. Надо отметить, что при правильно построенных организационных схемах можно будет поднимать армию сообразной угрозе численности и мощи, без упования только на наёмников или - другая крайность - тотальной мобилизации. Как пример, некие смутные контуры такого развития событий, имхо, заметны в переходе "рейхсвер"-"вермахт". Конец интерлюдии.

Армия Запада.
Этическая система: "Другие должны относиться ко мне так, как я отношусь к ним".
Полюдье: "Все должны делать то же, что и я".


Если "армию Юга" я обозначил одним словом как толпу, "армию Востока" как дружину, то "армия Запада" заслуживает наименования миссии. И в смысле миссии как задания, и в смысле миссии как учреждения, свет в варварские земли несущего. Как было сказано мною ранее, война в рамках "этики Запада" ведётся на уподобление противника себе, на встраивание его в собственную картину мира, а утрированным признаком победы является "Макдональдс" на главной площади Багдада. Ну и демократия, конечно.

Следовательно, боеспособность "армии Запада" всегда связана с реализацией несомненного превосходства: технического, тактического, духовного, расового, логистического, численного (последнее в силу исторических обстоятельств считается менее гламурным, но исключать его не стоит). По моему мнению, такая армия в противостоянии с равным противником не может состояться и развиться: ей обязательно нужно было набить руку в тех же колониях, порасстреливать противника, вооружённого холодным оружием, в таком примерно ключе… вариант - такая армия может быть скопирована, развита в подражание армиям "больших" колониальных держав. Из этого следует, что

а) с противником, который осознаётся равным или превосходящим, такая армия воевать неспособна;
б) сильной стороной бойцов и командиров такой армии является способность увидеть и использовать реально существующие слабые места противника.

На вопросы из серии "что бывает, когда две армии, построенные согласно этике Запада, встречаются на поле боя", отвечаю: в известном приближении такое случилось в 1939-1940-м годах. Легко догадаться, что превосходящим противником осознавался вермахт, и сильные стороны "армии Запада" проявил он же; возможно, потому, что у Германии с колониями было несравнимо хуже, чем у тех же англичан или французов, или потому, что битые в первую мировую немцы заимствовали и развивали самое рафинэ, не отвлекаясь на второстепенное. Ну, а с миссией у Адольфа было всё в порядке, хоть отбавляй, и континентальную Европу минус Россия он построил под себя так, что любо-дорого посмотреть.

Важной особенностью "армии Запада" в техническом и тактическом аспектах является наличие и применение вундерваффе ("сверкающий меч паладина", которого не может быть у злобных язычников), а равно постоянный кастинг новых железяк на эту роль. Склонен считать, что эта особенность является системообразующей, хотя бы потому, что "армия Запада" без сверхоружия - более обще: "армия Запада", бесспорное превосходство которой лежит в невидимых остальному обществу особенностях - отторгается тем же обществом в силу той же "западной этики". Страдает имидж, не дают денег…

В долговременной перспективе статусом сверхоружия, короля поля боя в наибольшей степени наслаждался и наслаждается авианосец, однако едва ли не с каждым новым вооружённым конфликтом вспыхивают (в переносном смысле) новые, короткоживущие "звёзды" - тот же "Абрамс", например. Кстати, эта особенность зачастую ведёт к рассмотрению "западными людьми" вооружённых конфликтов как борьбы оружия - и "калашников" своим культовым статусом обязан именно Западу.

Идеальная "армия Запада" организуется вокруг сверхоружия.

Для того, чтобы "армия Запада" оказалась возможна в некой будущей России не в качестве оккупационной, должны выполняться следующие условия.

1. Наличие в России той самой миссии, в рамках которой надо строить соседей, а желательно и весь остальной мир.

2. Наличие у России того самого сверхоружия, которое способно рулить полем боя, и которого нет у других. С кандидатом в таковые можно ознакомиться, например, здесь или здесь. Очень наглядный тёмный ужас - прикиньте, батарею газовых лазеров на этакую страсть поставить? А на безрыбье сойдёт что-нибудь вроде интеграции маломощного ЯО в разведывательно-ударные комплексы.

Для будущего русского государства "армия Запада" может выглядеть как элитные ударные соединения постоянной боевой готовности, выстроенные вокруг того самого сверхоружия. Дополнительными признаками "армии Запада" в русской реализации вполне могут быть мощное идеологическое кондиционирование и тщательный отбор личного состава по критериям, не связанным с непосредственной боевой эффективностью. Окажется ли такая реализация репликой гвардии или подобием СС - по моему мнению, особой разницы нет.

Армия Севера.
Этическая система: "Другие не должны относиться ко мне так, как я не отношусь к ним".
Полюдье: "Никто не должен делать того, чего не делаю я".


В военной практике реализации этих правил соответствует обезоруживание противника до того, как он вообще применяет оружие. Добиться такого эффекта можно следующими способами:

1. Пресечь сам замысел противника применить оружие.

2. Уничтожить оружие, которое противник намерен применить.

3. Уничтожить способность противника применить это оружие.

Первый способ включает в себя идею "взаимно гарантированного уничтожения", однако к таковому не сводится - советские армии в Европе до достижения ядерного паритета выполняли, в общем, ту же функцию: гаранта неприемлемых неприятностей.

Второй способ означает "мы будем целиться не по Парижу, а по штабу НАТО", то есть применяемое оружие должно быть сверхточным либо сверхмощным.

Третий способ доходчиво иллюстрирован в фильме "Starship troopers".


Для тех, кому неизвестен язык данного потенциального противника: "враг не сможет нажать кнопку, если ты обездвижишь его руку". Трудно не согласиться.

Из вышеизложенного следует, что боеспособность "армии Севера" соответствует её возможностям гарантированной проекции силы в назначенную точку в заданный момент времени. Иными словами, "армия Севера" должна быть армией, ведение войны с помощью которой в наименее возможной степени подвержено так называемому "трению Клаузевица".

Если отвергается условие ограниченного ущерба, мы получаем ядерную артиллерию, в том числе "ракетную артиллерию" - термин, вполне звучавший в своё время. В той мере, в которой условие ограниченного ущерба присутствует, но не является приоритетным, получаем сдвиг от сверхмощного оружия к сверхточному. Если условие ограниченного ущерба является приоритетным, получаем спецназ: силы (они же войска) специального назначения, которые предлагали выделить в отдельный род войск известные по совершенно другим поводам полковник ГРУ в отставке В.В.Квачков и полковник ВДВ в отставке П.Я.Поповских. Отмечу, что речь идёт о силах специального назначения, в идеале выполняющих задания на чужой территории в мирное время или угрожаемый период; задания, которые определяются идеей недопущения войны как таковой, а не только заблаговременного обеспечения тех или иных преимуществ своей стороне на будущем ТВД.

Эти задачи соответствуют уровню "большой стратегии". Следовательно, важнейшим вопросом "армии Севера" в будущей России станет вопрос политический, вопрос о власти, который будет сказываться в следующих раскладах:

а) наличие структуры, которая осуществляла бы политическое представительство российских СЯС в системе государственной власти: вплоть до переосмысления всей "системы сдержек и противовесов" с вводом в неё новой сущности, по статусу как минимум эквивалентной традиционным "ветвям власти";

б) обеспечение на уровне "большой политики" такой ситуации, в которой деятельность российских сил специального назначения за пределами российских границ в мирное время проходила бы с минимальными препятствиями;

в) политически привилегированный статус личного состава войск специального назначения - не по результатам отбора, как в случае с "армией Запада", а по результатам деятельности; к примеру, номенклатура должностей для орденоносцев этого рода войск.

Иными словами, положение "власти принадлежит красная кнопка" должно компенсироваться положением "власть принадлежит красной кнопке", где СЯС самостоятельно выступают как гарант и субъект, а не инструмент политического суверенитета государства. Внешняя политика России должна состоять из "спецопераций" (проводимых, естественно, на пользу государства, а не конкретных лиц на конкретных управленческих позициях) и их дипломатического обслуживания. Карьера в "армии Севера" может и должна рассматриваться как "социальный лифт для взрослых людей", и её возможности должны выстраиваться, исходя из такого понимания.

Заключение.

В настоящем трактате не рассматривается вопрос "как это сделать", не высчитываются промежуточные состояния между нынешним и желательным положениями дел. Однако изложенное я бы предложил использовать в качестве одного из наборов лекал для анализа как рапортов о нынешнем состоянии армии, так и публично предлагаемых или осуществляемых мер по изменению этого состояния.

Впрочем, как пример профанного понимания военных материй тоже сойдёт.

Tags: война, теория, футуризм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 52 comments