Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Category:
  • Mood:
  • Music:

И вновь о проблемах.

Теперь подробнее о проблемах и реакции на них с точки зрения четырёх этик. Подробнее, но недостаточно подробно. Ибо всё ещё думаю.

Пусть у нас есть человеческое сообщество, вполне самодостаточное. Пусть его нормальное состояние есть состояние квазистационарное, при котором существенные для характеристики сообщества величины меняются со временем, но настолько медленно, что наблюдателю, принадлежащему к этому сообществу, его состояние представляется стационарным. Ну, и пусть в этом сообществе превалирует одна из этических систем: «южная», «восточная», «западная» или «северная».

Проблемой в настоящем рассмотрении буду называть всякий фактор, воздействующий на данное сообщество, если в отсутствие реакции на это воздействие сообщество переходит в нестационарное состояние.

О реакции на проблемы далее речь и пойдёт.

«Южная» этическая система.
Императив: «я должен относиться к другим так, как другие относятся ко мне».
Редуцированная форма (полюдье): «я должен делать то же, что и все».

Здесь реакция на проблему понимается как обязательно общее, а от того возможно более простое - тривиальное действие. То есть «южное» сообщество как правило реагирует на проблему попыткой её устранения; сюда входит как физическое уничтожение порождающего фактора, так и бегство от проблемы, причём бегство в самом прямом смысле – перемещение в пространстве подальше от. «Все побежали, и я побежал».

Соответственно, «южное» сообщество гнобят факторы либо малоуязвимые, либо порождающие сложные, многоплановые последствия. Что, собственно, белые люди в рамках колонизации остального мира нагляднейшим образом продемонстрировали.

«Восточная» этическая система.
Императив: «я не должен относиться к другим так, как другие не относятся ко мне».
Редуцированная форма (полюдье): «я не должен делать того, чего никто не делает».

В рамках этой системы возникает возможность утилизации проблемы, то есть перехода сообщества из одного стационарного состояния в другое, причём это новое стационарное состояние будет включать в себя бывшую проблему как нынешнее благо.

Поясню. Предположим, что рядом с первобытным племенем поселилось другое такое же, но слабее. И мешает. Пограничные инциденты, дети на шашлык пропадают, то-сё… Понятное дело, воспоследует нападение, при котором «убьют всех людей», которые не наши. Это «южная» система. И представим себе те же дела для двух феодальных владений, живущих по «восточной» этике. Там всё закончится – насильственно или без – вассальным договором или иной формой дани, то бишь проблема соседства решается путём превращения её в источник собственного благосостояния.

При этом, конечно же, тривиальные решения проблемы – уничтожение и бегство – остаются в качестве граничных решений.

Процесс утилизации проблемы в «восточной» этической системе обязательно включает в себя её, проблемы, экстернализацию, отчуждение от субъекта, вынос вовне. Утрируя, всякая проблема в «восточной» этической системе до её решения всегда понимается как следствие действий или существования кого-то другого, внешнего. Соседей, соперников, одного из божеств местного пантеона или мелкого беса, который под руку толкнул… И, собственно, реакция на проблему заключается в установке запретов для этого другого пакостить дальше. Ограничение. А если в процессе удаётся стрясти с другого что-нибудь полезное, то тем лучше.

«Западная» этическая система.
Императив: «другие должны относиться ко мне так же, как я отношусь к ним».
Редуцированная форма (полюдье): «все должны делать то же, что и я».

Тривиальные решения «уничтожение/бегство» здесь по-прежнему сохраняются, однако процесс утилизации проблемы включает в себя не экстернализацию, а интернализацию, то есть объявление проблемы своим и только своим внутренним делом. Эта интернализация проявляется и в расцвете индустрии психоанализа на Западе, и в оборотах типа «зона жизненных интересов США», и во многом другом. «Все люди братья, а с братьями можно и не церемониться».

Отмечу, кстати, что именно это отличает США от пресловутой «империи». «Империя» в «восточном», средневековом понимании является воплощением именно что принципа экстернализации, чёткого отделения колоний от метрополии, вассалов от сюзеренов, «мы что-то одно, а вы что-то другое», цивилизованное «ядро» и дикие «пограничные территории». В случае же США мы имеем дело с изначальным отсутствием границ, отсутствием заграничной территории. Понимание взаимодействия с остальным миром здесь определяется метафорой «дом и задворки», backyard. Желательно находящиеся в едином владении, живущие по единым нормам, просто по-разному ухоженные и взлелеянные. С кривой усмешкой дополню, что «фронтиром» здесь становится именно «метрополия»: «фронтиром» в цивилизационном смысле, в смысле соприкосновения с новым – наука, технология, мода… а остальным уж извините. Подождите, пока домовладелец откушать изволят, потом они поделятся.

А то многие граждане шьют штатовцам имперские устремления и путают изведение пасюков в старом сарае с Пуническими войнами. Смешно.

Соответственно, утилизация проблемы в «западной» этике происходит через освоение фактора, её создающего; освоение, как правило, выраженное в «освобождении» этого фактора, его внутреннем деструктурировании. Скажем, «чтобы извести террористов, надо установить в их странах такую же демократию, как в США» – это именно «западная» этика, в рамках которой чужая анархия всегда лучше чужой диктатуры. Навар с такого решения проблем как правило получается в рамках «честной сделки», лишь одна из сторон которой определяет относительную ценность обмениваемого и одновременно гарантирует процедуру обмена. Сами понимаете, тут обогатиться можно несказанно и без какой-либо угрозы для совести.

«Северная» этическая система.
Императив: «другие не должны относиться ко мне так, как я не отношусь к ним».
Редуцированная форма (полюдье): «другие не должны делать того, чего не делаю я».

Что тут можно сказать… если «восточной» этике соответствует отношение к проблеме «это ваше дело» (и в смысле «ваших рук дело»), «западной» - «это наше дело», то «северной» - «это не ваше дело» . Может быть (не обязательно), и «не наше» тоже, но по-любому «не ваше».

То бишь этически правильная «северная» реакция на проблему (опять же, включающая в себя граничными решениями как уничтожение, так и бегство) представляет собой изоляцию порождающего фактора, упразднение условий его воспроизводства, лишение корма и порчу кайфа. И важнейшим отличием «северной» утилизации проблемы от «восточной» и «западной» является, то, что навар от утилизации обеспечивает не сам проблемный фактор, а побочные следствия способа его изоляции.

Пример. На дороге между двумя городами сели разбойники. Ну, понятно, кошелёк или жизнь, плата за проезд и т. п.. «Южное» решение – прийти и убить их всех либо же прекратить сообщение между городами. «Восточное» - разбойников переловить, пороть, клеймить и посадить с семьями на землю, чтобы платили подати. А заодно поставить поблизости крепостцу с прилагающимся к ней второразрядным сеньором, дабы не безобразили. «Западное» - признать разбойников гражданами и предложить им контракты на охрану грузов, включить их в систему экономических отношений, навязав роль наёмников. Кстати, можно отправить и на текущую войну за те же деньги. «Северное» - разработать, наконец, способ доставки товаров из города в город морем, который ещё и товарооборот увеличит раз в пять. Если разбойники при этом передохнут с голоду – их дело. Другое «северное» решение – использовать этих разбойников как тренажёр для испытания новых милитарных техник. И так далее.

Ну это всё я ещё продолжу обдумывать.

А кроме того, я считаю, что Аракчеев должен быть свободен.


Tags: теория, этика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 34 comments