?

Log in

No account? Create an account

обратно | туда

Товарищ Ленин как-то сказал, что "всякий боженька есть труположество". Как обычно у Ленина, а тем более у Ленина толкуемого, излишняя категоричность формы затмевает содержание. То интеллигенцию говном выругает, то вот зачем-то верующих людей обидел... дядя бяка лысая. Однако, если вдуматься, цитированная фраза несёт смысл архиглубокий и протоактуальный.

Ибо труположество если не всегда, то частенько есть способ создания боженек для прикладных целей.

Вот статья Натальи Холмогоровой на АПН - "Стаи мёртвых Дульсиней". Название, как говорят, дано редакцией - "стаи жареных акул", ага-ага. Там эта тема раскрывается. Позволю себе длиннющую цитату:
...Жил, говорят, в давние времена Дон Кихот Ламанчский, последний из странствующих рыцарей. Ездил он по Испании и каждому встречному-поперечному предлагал признать, что его возлюбленная Дульсинея — прекраснейшая из женщин. Если же встречный не проявлял к неведомой Дульсинее должного почтения — Дон Кихот лез с ним в драку. И, само собой, огребал немерянно.

Дело в том, что никакой Дульсинеи не было. Была Альдонса, дочка соседа-крестьянина. Милая, но обыкновенная девушка — и уж точно не прекраснейшая из прекрасных дам.

Но Дон Кихот не мог с этим смириться. Не мог признать, что ему мила обычная крестьяночка, курносая, растрепанная, с мозолистыми руками и смешным деревенским выговором. Если сам он не смог стать безупречным героем (трудно считать себя безупречным, когда тебя все время бьют) — так пусть хотя бы возлюбленная его будет не меньше, чем Идеалом Красоты! Быть может, тогда и он сам — служитель и защитник Идеала — хоть чуть-чуть приподнимется над своей нескладной жизнью, над ржавыми доспехами и медным тазиком на голове.

Но идеальной Дульсинеи не существует. Светлый образ, положенный Дон Кихотом в основание собственного бытия — фикция. И как всякая ложь, он не выносит критики и постоянно нуждается в защите; любое сомнение в его безупречности бьет бедного рыцаря наотмашь по самому чувствительному месту. Становится не до логики, не до анализа, не до трезвой оценки фактов — какие там факты, когда под сомнение ставится сам смысл твоего существования! «Либо ты совершенство — либо ничто. Если и сам ты не идеален, и то, что ты любишь, не идеально, и даже то, что ты ненавидишь, не является Абсолютным Злом — зачем тогда жить?»

Так и рассуждает Рыцарь Печального Образа – точнее, какая-то часть его, некий внутренний голос, взявший слишком много воли. И этот внутренний голос гонит его в бой, заставляя привычно взрываться при любом намеке на «инакомыслие»; и надежно охраняет и от реальной возлюбленной, небезупречной, но живой и теплой, и от борьбы с реальными врагами вместо ветряных мельниц… и даже от самого себя.

Наблюдая за нашими идеологическими спорами — будь то споры о советском прошлом, о каких-либо исторических личностях, о религии или о чем-нибудь еще — ясно видишь, что обе спорящие стороны процентов на 70-80 состоят из «Дон Кихотов», движимых невротической любовью или такой же невротической ненавистью. Советский Союз, дореволюционная Россия, красные, белые, Третий Рейх, православие, язычество и т.д., и т.п. для них — лишь блестящие или отвратительные фантомы, призванные оправдать их собственное нелепое существование.

И не случайно на роль Великого Идеала чаще всего рекрутируются умершие люди и давно прошедшие события. Мертвый удобен для любви: он не меняется, не выкидывает неожиданных антраша, его можно поставить в любую героическую позу и размалевать прямо по телу любыми приятными глазу красками. Впрочем, он точно так же удобен и для ненависти: в мёртвом всегда можно усмотреть квинтэссенцию Зла Как Такового.

В этом плане, например, исступленный советофил и ярый антисоветчик очень близки. Для них обоих покойный СССР со всем хорошим и плохим, что в нём было, являются фетишем, идолом, ценностью которого – положительной или отрицательной – они оправдывают и обосновывают свою собственную ценность.
Здесь полагалось бы сказать "добавить нечего", но это не так. Есть чего добавить. Более того, надо добавить.

Дело в том, что любить и ненавидеть трупы в рамках "оправдания собственного нелепого существования" можно и не за качество, а за количество. Everything counts in large amounts. Шесть миллионов. Двадцать семь миллионов. Сто миллионов. Погибшие на войне. Сгинувшие в застенках. Замёрзшие по пьяни в снегу и пропавшие без вести в пустыне.

"Сам дискурс", полагаю, знаком всем. "Да как вы можете... когда чека с гестапой и полпотой невинных младенчиков!.. тысячами!.. людоеды!.. покайся, сукин сын!.."

Тут труположество уже групповое и коллективное. На вес. Все эти Рыцари Печальных Групповых Фотографий делают всё ту же... ошибкой это не назвать, тут как у Оруэлла, намеренный сбой в мышлении... они признают мёртвых самостоятельной ценностью.

Это не так. Мёртвые ничего не стоят, независимо от их количества. Каждый по отдельности и все вместе. Сумма миллионов нулей равна нулю (я оставлю за кадром прикладные вопросы насчёт органических удобрений, трансплантатов, мыла и абажуров).

Ценность имеет только то, чего эти мёртвые добились, или то, за что было заплачено их жизнями. Однако и эта ценность определяется текущей конъюктурой, - рыночной, идеологической, геополитической - нынешними целями и планами на будущее. Но не количеством прошлых трупов.

Живой человек всегда ценнее мёртвого.

На это есть возражение, которое у многих, по-моему, проскакивает из подкорки к речевым центрам без обработки в коре: мол, а если этот мёртвый - или этот миллион мёртвых - свой, а вот этот живой, который стоит и ухмыляется - чужак и еретик. Так как же еретик и чужак может быть ценнее своего?

Дело в том, что мертвяк не может быть своим или чужим. Труп - он и есть труп. Своим или чужим может быть только живой. И этот живой ценнее трупа потому, что - если он свой - с ним можно сотрудничать, ставить цели и достигать их, а если он чужой, то его можно использовать, поработить, предать, убить и продать на органы. Давешний труп для этих целей в общем не годится. Миллион трупов тоже.

Более того. Немалая (мягко говоря) часть вполне благонамеренной идеологической риторики о "великих и мудрых предках", "связи времён", "древней истории" и "принесённых жертвах" делается с тем, чтобы связью с мёртвыми, обязательствами перед ними подменить у адресатов этой риторики связь с живыми. Мёртвых ни на помощь ни позовёшь, ни поэксплуатируешь толком. Лежат, гниют... А в это время заказчики риторики занимаются разобщёнными живыми.

Так что просьба не удивляться, если Ваш покорный слуга в ответ на очередную инкантацию про "миллионы жертв", незахороненные ужасы и прочие позапрошлые насилия с несправедливостями - зевает, морщится и лениво интересуется "ну и что, собственно?" Мы ничего не должны мёртвым и тем, кто к ним взывает.

Как учит нас омнианская вера: мы здесь, и это сейчас. Самые пылкие возвещания нетленных истин и самые яростные обличения неверных с высоты кургана из мертвецов бесконечно менее ценны, чем глупый разговор о мелочах, нечувствительно укрепляющий те связи, которые и делают нас своими.

А те, чей круг делят на своих и чужих обожаемые или ненавидимые мертвецы... пусть хоронят их сами. Я этим дешёвым некромантам не помощник.

P.S. Пока тут за киновизантию говорят, вчера с удовольствием смотрел фильм "Threads", добытый по мулу. Кое-какие здешние формулировки отшлифовались по ходу просмотра.

А кроме того, я считаю, что Аракчеев должен быть свободен.


Comments

kament
7 фев, 2008 07:21 (UTC)
"Словами" в том числе и ругаются. Чем, кстати, Вы сразу и занялись. Что же касается душонки, то интересный Вы дуализм рисуете (для меня). Либо привидение, либо организм. Выбирай, мол. Но в моём представлений вариантов несколько больше, спасибо.

Latest Month

Апрель 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930    

Page Summary

Разработано LiveJournal.com
Designed by Lizzy Enger