Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

  • Mood:

Дабы не откладывать в долгий ящик.

В связи с запрятанностью оного в сети, цитирую здесь рассказ "Приятные исключения". Вроде бы авторство сугубо Евгения Петрова. Фамилии и обстоятельства, естественно, вымышлены, но многое узнаваемо, бо не меняется с годами. Отсюда оно, настоявшись десятилетиями, на улицу и пролилось, прихватив видеокамеру.

Приятные исключения.


- У нас бывает, - сказала мне мадам Антикозова, - небольшой, но хорошо подобранный кружок друзей. Я с детства всегда подбираю людей по принципу интеллигентности. Вы знаете, в последнее время интеллигентный человек - это такая редкость. Вот, например, зубной врач Петькин. Это же какой-то аристократ духа. В его присутствии просто страшно становится: какая эрудиция, какой самоанализ, какая тонкость в знаниях. Или Вержбиловичи. Они на всех премьерах в театре бывают и вообще большие любители искусства. А Дартаньянц! Талант, положительно талант. Сейчас он участвует в съёмке картины "Недра зовут". Девица же Быкова просто красавица. Приходите к нам на чашку чая. Петькина послушаете. С Вержбиловичем о театре поговорите, у Дартаньянца узнаете много нового о киноискусстве. Смотрите, не влюбитесь только в девицу Быкову. Так придёте?

Я обещал.

И вскоре сдержал своё обещание.

- А вот и он! - вскричала Антикозова, - лёгок на помине. Знакомьтесь.

Я уселся в кресло. Общество долго молчало.

- В наш век, - грустно сказала хозяйка, - интеллигентного человека редко встретишь.

- Да, уж не часто, - подтвердил зубврач Петькин, потирая руки и как будто желая спросить: "На что жалуетесь?"

- Встретишь редко, - заметила чета Вержбилович.

- Редко, - буркнул Даартаньянц.

- Встретишь, - вздохнула Быкова.

- Какое, должно быть, удовлетворение испытываете все вы от духовного общения друг с другом, - растроганно сказал я. - Ведь при общей нехватке в интеллигентных людях такое общество, как это, нужно ценить.

- Золотые слова, - сказала хозяйка. - Ну что же. Давайте чай пить, а потом начнём. Или сначала начнём, а потом чай?

- Сначала начнём! - закричал Петькин. - А чай можно потом.

- Начнём, начнём! - послышались нетерпеливые голоса. - Чай успеет.

- Ну что же, начнём. Чья очередь угадывать?

- Дартаньянца очередь. Дартаньянц, выйдите из комнаты. Да смотрите, не подслушивайте у двери, как в тот раз.

Киноаспирант гордо пожал плечами и удалился.

Гости долго шушукались. До меня долетали слова: "Сократ, Вейнингер, Наполеон, Римский-Корсаков". Потом Петькин торжественно открыл дверь.

- Войдите. Смотрите только, не больше десяти вопросов.

- А он в самом деле известный человек? - подозрительно осведомился аспирант. - А то в прошлый раз вы загадали какого-то химика, которого я не обязан знать.

- Не беспокойтесь. Даже грудные дети знают. Но имейте в виду, мы отвечаем только "да" и "нет". Ну, задавайте.

- Могу вам сказать сразу, - торжественно заявил Дартаньянц. - Иисус Христос.

Петькин захохотал и, как дитя, захлопал пухлыми руками.

- А вот и не угадали. Осталось девять вопросов.

- Русский?

- Нет.

- Француз?

- Нет.

- Немец?

- Нет.

Дартаньянц побледнел.

- Англичанин?

- Нет.

- Ит...итальянец?

- Нет.

Дартаньянц с отчаянием посмотрел на потолок.

- Он вёл войны?

- Д-да. То есть нет. Не вёл.

Осталось только три вопроса.

- В таком случае, это Иисус Христос. Вы меня обманываете. Он не русский, не француз, не немец, не англичанин и не итальянец. Войн не вёл. Значит, ясно - Иисус Христос. А вы мне голову морочите.

- Да говорят вам, что никакой не Иисус Христос. Что вы прицепились к нам со своим Иисусом Христом! Осталось два вопроса.

Дартаньянц напрягся.

- Грек?

- Грек, - ответил Петькин упавшим голосом.

Дартаньянц схватился за голову. Победа была близка.

- Поз-звольте, - бормотал он, - какой же есть знамнитый грек? Гм... Знаю. Гаргантюа.

- Нич-чего подобного! Спиноза.

- Спиноза?

- Спиноза.

- Значит, по-вашему, Спиноза - грек?

- Грек. Древний грек.

- А я вам говорю, что древний римлянин.

- Опомнитесь, Дартаньянц. Он типичный грек. Вы всегда так. Не угадаете, а потом придираетесь.

Я не узнавал гостей мадам Антикозовой. Они оживились. Лица их покрылись задорным румянцем. Глаза сверкали, как звёздочки. С жирных щёк Петькина стекали струйки пота. Из комнаты поочерёдно выходили супруги Вержбиловичи, девица Быкова и сам Петькин. Квартира оглашалась кликами победителей и стонами побеждённых.

- Француз?

- Да.

- Умер?

- Нет.

- Дантес.

- Не угадали. Савонарола.

У Дартаньянца развязался галстук. Петькин топал ногами. От соседей внизу приходили жаловаться на шум. Гром великих имён сотрясал стены комнаты.

Я тихо вышел в переднюю. Уходя, я слышал:

- Еврей?

- Да.

- Умер?

- Нет.

- Музыкант?

- Да.

- Лермонтов?

- Да.

Я попрощался с хозяйкой.

- Вы знаете, - сказала она, - в последнее время редко увидишь интеллигентного человека. В этом смысле наш кружок является приятным исключением. Не правда ли?

Tags: дыбр, литература, пеар
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments