Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Categories:
  • Mood:
  • Music:

К эльфийскому вопросу.

Так, собрал несколько разновременных наблюдений, сшил вместе, забавляю читателя, на эпохальность не претендую.

Потому что жара.

Если кто-то кого-то называет "эльфом", то, как правило, это происходит в одном из двух вариантов.

В варианте-минимум "эльф" переводится как "человек, для которого ценность собственного оптимизма выше ценности восприятия окружающей действительности". Человек, который намеренно игнорирует плохое-неудобное-опасное. Раньше его назвали бы "дурачком" или "блаженным".

Вариант-максимум утяжеляет определение двумя подразумеваемыми образами-ролями. "Эльфом" запускает в оппонента могучий, вонючий и волосатый мужик, прошедший и Крым, и Рым, побывавший, повидавший и понюхавший, знавший бедность, любовь и войну, без труда отличающий мушкет от миномёта. Ермак Тимофеевич, короче. "И за борт её бросает". Адресатом "эльфа" оказывается хилый жирный очкарик, жизненные впечатления которому предоставлял исключительно монитор, а ещё, бля, рассуждает тут за жизнь. Ты её, жизнь, видел, эльф восемьдесят пятого уровня? У тебя даже ездового медведя зул'аманского нет, а туда же, человеком притворяется. Вот когда я скитался в течение девятнадцати дней в пустыне и единственно, чем питался, это мясом убитого мною тигра... И так далее.

Узнали, надеюсь.

Я никоим образом не посягаю на светлую радость от зачисления окружающих в эльфы. "Играйтесь-играйтесь, мужички". Я всего лишь хочу представить вниманию уважаемых читателей своё собственное представление о том, кто такие эльфы, зачем они нужны и почему укоренились.

Должен сказать, что все и всякие геополитические, с привязкой ко глобусу, толкиевания вызывали у меня скорее смех, нежели панику. "Лиса - это Англия, а вот Бобёр кто?" С другой стороны, если высокообразованный человек нечто выдумал, угробив на выдумку чёртову тучу лет, и это нечто прижилось, то промеж ушей поневоле закрадывается подозрение, что здесь мы имеем дело не с потоком сознания и не с игрой в абсурд. Что-то автор хотел сказать.

Понимание на меня снизошло, когда я читал отнюдь не самого Толкиена, а достаточно близкого ему одно время человека - Клайва Стэплза Льюиса. Это который "Хроники Нарнии", если кто не в теме. Хотя на "Нарнию" я так и не позарился: объём этого кирпича и пара-тройка наугад прочитанных оттуда страниц повергли меня в самое постыдное уныние.

Читал же я "Космическую трилогию". Из неё отечественному читателю с наибольшей вероятностью известна последняя часть - "Мерзейшая мощь"; последствия спроса на любой текст, который в известные времена можно было истолковать в рамках "борьбы с тоталитаризьмой".

Романы, составляющие "Космическую трилогию", датированы 1938-1942-1945, а "Властелина колец", уверяет нас википузия, Профессор набивал с 1937-го по 1949-й. В то время Льюис и Толкиен дружили и, насколько я понял, были единомышленниками.

Да, я считаю, что пословица "что у трезвого на уме, то у пьяного на языке" в этом случае применима всецело.

Итак, что у Льюиса оказалось на языке?

За спойлеры извинения не прошу, потому что никакие они не спойлеры.

Начну, разумеется, не по порядку, с окончания второй части, именуемой "Переландра". После того, как Добро победило Зло, офуячив оное камнем по голове с кличем: "во имя отца и сына и святого духа", Добру разъясняют, что наше мироздание работает на т. наз. "танце эльдилов", которые этим самым танцем ликуют перед ликом творца, который всё это и создал. По разъяснении Добро испытывает приход следующего содержания:

"И тут все как-то изменилось, словно то, что было речью, теперь обращалось к зрению. Рэнсом подумал, что видит Великий Танец, сплетенный из лент света, -- они проходили друг под другом, и друг над другом, сплетаясь в причудливые арабески и хрупкие, как цветы, узоры. Каждая фигура, которую он видел, становилась средоточием, через нее воспринимал он целое, все становилось единым и простым -- и вновь запутывалось, когда, взглянув на то, что он считал каймой, отточкой, фоном танца, он видел, что и это притязает на первенство, не отнимая его у той, первой фигуры, но даже приумножая. Еще он увидел (хотя зрение здесь не при чем) мгновенные вспышки света там, где пересекались линии и, неведомо как, понял, что эти крошечные огоньки, эфемерные вспышки -- исчезающие мгновенно народы, цивилизации, культуры, учения, системы, словом, все то, о чем говорит история. Сами же линии, ленты света, в которых жили и гасли миллионы частиц, принадлежали к какой-то иной природе. Постепенно Рэнсом разглядел, что почти все они -- отдельные созданья, и подумал: если он прав, время Великого Танца совсем не похоже на наше время. Одни из них, самые тонкие и нежные, были теми, кого мы считаем недолговечными -- цветами и бабочками, плодами, весенним ливнем, и даже (показалось ему) морской волной. Ленты пошире были созданиями, которые кажутся нам почти вечными -- кристаллами, реками, звездами, горами. А ярче, светлее, блистательней всех были живые существа, хотя сияние их и цвет (иногда выходивший за пределы спектра) отличались друг от друга не меньше, чем от существ иного рода. Увидел он и абстрактные истины, а живые люди превратились в линии света, и противостояли они, вместе, частицам обобщений, вспыхивающим и гаснущим на пересечениях линий. Потом, на Земле, он этому удивился, а тогда, наверное, все это, как сказали бы мы, вышло за пределы зрения. Он рассказывал нам, что вся совокупность любовно переплетенных извивов вдруг оказалась поверхностью гораздо более сложной фигуры, уходящей в четвертое измерение, а измерение это прорвалось в иные миры. Танец все убыстрялся, линии сплетались все гуще, все больше льнули друг к другу, все ярче становилось сияние, одно измерение добавлялось к другому, и та часть Рэнсома, которая еще могла мыслить и помнить, отделилась от его зрения. И вот тогда, на вершине сложнейшего танца, в который его вовлекло, вся сложность исчезла, растворилась, как белое облачко в яркой синеве неба, и непостижимая простота, древняя и юная, как утро, открылась ему во всей своей ясности и тишине. В эту тишину, в эту приветливую свежесть он вошел именно тогда, когда отошел дальше всего от обычного нашего существования, и ему показалось, что он проснулся, очнулся, пришел в себя. Радостно вздохнув, он поглядел вокруг."

Будь я экспертом в деле о разжигании, употребил бы выражение "до степени смешения", но и так понятно, что такой же "ансамбль писка и тряски" имел в виду и ДжРРТ, записывая свою книгу брейшит для Средиземья. Разница заключается в том, что у Толкиена нетварное и тварное у валар разнесено по времени (сперва валары там пели в эмпиреях, а потом Эру сослал их в бухгалтерию), в то время, как у Льюиса оба аспекта присутствуют постоянно и одновременно.

Зачем это разъяснение вообще было нужно? Сюжет "Переландры" по сути своей попаданческий - упомянутый Рэнсом был отправлен эльдилами на Венеру (она же Переландра, да) с тем, чтобы предотвратить грехопадение. Там как раз была стадия Эдема, до тамошней Евы (Тинидриль... нет, я своё отсмеялся) докапывался змий - одержимый Морготом земной учёный Уэстон. После напряжённой философской дискуссии, которую Рэнсом бездарно слил, процесс перешёл в партер и эндшпиль, где и разрешился с применением подручных средств.

Легко догадаться, что от вида Эдема 2.0 с ненадкусанными яблоками у Рэнсома-попаданца повинен был случиться тяжелейший когнитивный диссонанс на тему "а мы-то зачем тогда были и есть", каковой диссонанс и был пролечен молитвой и галлюциногенами. После чего "радостно вздохнув, он поглядел вокруг".

Надо понимать, что Льюис был человеком не только умным, но и глубоко верующим - хуже того, уверовавшим. Неважно, какому обряду его вера соответствовала или не соответствовала, важен сам пыл. Пылкий монотеист окружающим страшен. Причём страшен он им тем, чем себе радостен. Упованием.

Видите ли, каждому человеку приходится жить с сознанием конечности собственного существования. Справляемся. Однако далеко не каждый человек задаётся вопросом конечности существования всех общностей и структур, к которым он принадлежит. Прогоните этот тест на себе. Сперва сформулируйте десяток пунктов: "я принадлежу к роду Ивановых, к работникам фирмы "Прыгшмыгстройтрестконструкция", к посетителям музеев, к болельщикам "Спартака", к русским, к виду хомо сапиенс, к биосфере планеты Земля"... а потом отщёлкивайте эти пункты, представляя себе прекращение рода Ивановых, расформирование спортивного общества "Спартак", окончательное упразднение русского народа и так далее. Навсегда. Смею думать, что известный психологический дискомфорт Вам обеспечен, как минимум в силу реакции на попытку демонтажа своей идентичности.

Так вот, у пылкого монотеиста этой проблемы не будет, потому что творец вселенной нас любит и всё устраивает к лучшему. То есть общности и структуры, конечно, будут ломаться, вымирать и исчезать в силу заметных даже верующему механизмов, но для него в этом нет никакой проблемы, понимаете? Кстати, отсутствие проблемы вовсе не обязательно выразится в овечьем смирении и сидении на собственных руках: нравящиеся вещи и людей защищать можно и должно, создавать какие-то вещи и общности - тоже можно и должно. При этом понимая, что всё созданное и защищаемое обязательно сгниёт и сдохнет, но не парясь этим пониманием, потому что танец эльдилов и песня валар.

А теперь прикиньте отсюда отношение к созданному и защищённому другими, причём созданными в режиме "построю навсегда, умру, меня вспомнят". "А это не ты, это эльдилы сплясали по четыре штуки в ряд". Так что все ваши тракторы и реакторы, Тадж-Махалы и Голденгейты по сравнению с ненадкусанным Эдемом на соседней планете даже упоминания не стоят.

Сможете положиться на такого человечка? Будете спать спокойно, зная, что Красная Кнопка у него, а не у узколобого, отвратного атеиста, который уверен, что посмертно станет пищей для сапрофагов и ничем более?

И вообще, а зачем такие пылкие люди нужны? А затем, что у них, сказав правильное заклинание, можно отобрать всё, что угодно. Не силой выдрать из рук цацку и тем нажить себе врага, а так сломать что-нибудь вокруг них, что они сами эту цацку отдадут, да ещё и спасибо скажут, и продолжат пахать. "Бог дал, бог взял". Всё к лучшему. Даром, что ли, в Римской империи пару тысяч лет назад так озаботились выращиванием нужной породы скота.

Не верите? Что ж, извольте. Всё тот же Льюис, всё та же трилогия, только часть первая, "За пределы безмолвной планеты", где Рэнсом начинает свою попаданческую карьеру, будучи зашанхаен Уэстоном и отвезён на Марс в космическом корабле. Рэнсома предлагалось, согласно фамилии, отдать на растерзание ужасного вида марсианским аборигенам в видах налаживания взаимовыгодного сотрудничества. Не срослось, Рэнсом сбежал и повёл жизнь юного натуралиста, столь любезную сочинителям всяческого рода утопий.

Там, на Марсе, который Малакандра - вообще, если Льюису и вписывать прокол, так это использование корня "мал" в положительном смысле - и есть утопия. Несколько разумных видов удобно расположились в своих экологических нишах под чутким руководством то ли мелкого валар, то ли крупного майяр, и пыхтят себе потихонечку. Марс угасает, в обозримом будущем они передохнут к чёртовой матери в строго определённом порядке, но... правильно!.. разве это важно сравнительно с танцем эльдилов? Кисмет, в натуре.

Главная сцена в первой части, противостояние Бобра и Козла, происходит через диалог Уэстона и того самого мелковалара. Рэнсом переводит. Уэстон отстаивает омерзительную точку зрения: "человечество должно быть сохранено, и плевать, погаснет ли солнце через миллиард лет. Уйдём на север". Рэнсом переводит это в режиме: "он говорит, что всех убьёт, один останется". Мелковалар делает вывод, что силён Моргот там, на Тулкандре ("безмолвный мир", Земля).

Такое вот авторское мировоззрение.

А теперь применим его к Средиземью. Похоже? Буйствующее предопределение, несколько разумных рас в своих экологических нишах, самая старшая из этих рас уже собрала чемоданы, вдоволь оббив морду об это самое предопределение. Один в один.

Другое дело, что Профессор здесь порезвился весьма своеобразно.

Во-первых, он перенёс мировоззренческое противостояние на расовую почву, выдумав орков, то есть часть той самой древней расы, которая выпала из предопределения, но существовать не перестала. Здесь получился условно "уэстоновский" драйв: "помирать отказываемся", "лучше, конечно, помучиться". И по нему, по драйву этому - всем набором ксенофобских штампов урожая времён Великой войны.

Во-вторых, Профессор сделал эльфов привлекательными, а значит, со всей неизбежностью, сделал привлекательными вымирание, уход, оставление исторической сцены. Привлекательными, прошу заметить, эстетически, бездоказательно, зачастую с подчёркнутым высокомерием; на что Льюис не замахнулся.

Рискну утверждать, что большая часть фанфиков и производных сеттингов происходит именно из желания оспорить эти имплицитные положения, а содержание оных текстов есть выводы из двух утверждений: "орки хорошие" и "эльфы никуда не ушли".

Ладно, растёкся мысью по древу, пора бы и честь знать. Закругляюсь.

Кого бы я счёл эльфом? Того, кому нравится мироздание, работающее на танце валаров и песне эльдилов; того, кому нравится неизбежность и предопределённость; того, кто согласен терять и отрекаться ради того, чтобы неизбежность оставалась неизбежностью.

Забавно, что одно из самых многочисленных эльфийских племён составят поклонники зооарифметических идей типа "люди от сотворения мира делятся на волков и овец". Забавно потому, что именно среди них так много людей, готовых зачислить в эльфы своего оппонента.

Что поделать, бывает.

Спасибо за внимание.

ПостСкриптум. Да, напоследок. Обязательной составной частью толкиено-льюисовской мифологии является тезис об особенных отношениях людей с творцом, который тезис был растащен эпигонами, подражателями и диспутантами совершенно без осознания смысла. Так вот, люди такие особенные потому и только потому, что сын божий попал на крест в образе человека, а не эльфа, не гнома и не пфифльтригга. См. ту же "Переландру". Поэтому чтение многих фэнтезийных сочинений, написанных якобы в пику Профессору и педалирующих хумансовский супрематизм, не может не доставлять самой искренней радости. Однако об этом как-нибудь в другой раз.

А кроме того, я считаю, что Аракчеев должен быть свободен.


Tags: литература, теория
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments