Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Category:
  • Mood:
  • Music:

Сотвори Себекумиров.

Интересное замечание здесь via тут. Заслуживающее комментария, хотя бы меня и сочли посягающим на лавры капитана Очевидности.

"Кстати, удивительное дело: чеченцы умудряются гордиться Авторхановым и защитниками Брестской крепости одновременно; русские, гордящиеся и Жуковым, и Власовым мне не известны, обычно что-нибудь одно."

"Обычно что-нибудь одно" внешний наблюдатель регистрирует в двух случаях.

Случай первый: "кто, если не он". Человек заранее отвергает остальные варианты выбора. Как минимум потому, что не хочет напрягаться, как максимум - его сломали, с ним поработали, ему прошито, что "всё иное" суть чорт и ересь. В таких случаях для описания остальных, отвергаемых вариантов огульно используем какой-нибудь их общий признак; как правило, совсем уж третьеразрядный с точки зрения понимания явления.

"Настоящий футбольный судья это Пьер Луиджи Калина, потому что он не совок без волос, а все остальные придурки какие-то мохнатые".

Как легко догадаться, "одновременно гордиться" при всей своей простоте - подход, который свидетельствует о том, что

а) это место в "одновременно гордящихся" мозгах люди скальпелем не трогали, и
б) человек хочет и может гордиться, хватает его и на того, и на этого, и на пятого-десятого.

"И того, и другого, и побольше. И можно без хлеба." Это естественный подход, не ломаный. Всякий дикарь с него начинает, "как же иначе-то?"

Промежуточный вывод: я бы сказал, что "одновременно гордиться" лучше огульного отвержения "всего, кроме". Человечек в режиме "кто, если не он" менее свободен, более хрупок и нежен, чем "одновременно гордящийся".

"Ктоеслинеону" всегда может быть сделана озадачивающая и тормозящая предъява ("ваш кумир детей ел/ест"), которую "одновременно гордящийся" просто не заметит, ибо у него кумиров полно: одним больше, одним меньше... да и ел бы, он один из толпы, а от столь славной толпы не убудет.

Случай второй: "в очередь, сукины дети, в очередь". Объект гордости выбран человеком после каких-то усилий по изучению и сравнению кандидатов. Неважно, если усилия включали в себя работу со сведениями, кои впоследствии оказались ложными или до сих пор таковыми не оказались. Важен поставленный навык по оценке и сортировке, а имея его, переиграть "на основании вновь открывшихся фактов" не проблема. Обычно здесь получается некоторый рейтинговый расчёт - что-то в топе, что-то... в рифме.

Внешний наблюдатель опять-таки видит одного-единственного кумира, а не целую банду, однако оный кумир жёстко подпёрт очередью остальных сукиных детей. Потому он и стоит прочнее, и в случае непреодолимого воздействия заменим легко, без потери времени и нервов. При этом битый кумир не выбрасывается на свалку истории, ну что Вы... просто отправляем в конец стека. Ещё пригодится.

Как легко догадаться, второй случай совершенно превосходит и затмевает подход "и того, и другого, и побольше" просто потому, что является его развитием, уточнением и утончением, приведением естественного подхода в цивилизованный вид. "Всё не жрём, картошку выбираем" как следствие возможности "жрать всё".

А там и до вилок для маслин на красиво накрытом столе недалеко.

Что? Зачем вилки? А в глаз воткнуть внешнему наблюдателю, если вдруг понадобится.

Система символов устойчивее и беспорядочной кучи символов, и одного-единственного, отшлифованного символа.

Так что, если внешнему наблюдателю придёт в голову поживиться за наш счёт, то живиться он будет на счёт носителей рассыпающейся кучи символов или единого памятника нерукотворного. А вот система символов, в которой увязаны и хорошие, и плохие, и ежедневные, и чрезвычайные, и каждый в случае чего может быть использован на пользу носителю - такая система огрызается, не хочет сдавать своего носителя в эксплуатацию внешнему наблюдателю.

Хорошая вещь, пригодится. Имхо.

Спасибо за внимание.

Вдохновившая на это сообщение цитата под катом.

"Герцог отступил в сторону, чтобы взглянуть на длинный стол, стоявший возле стула Фалька. Вся крышка стола — Фальк только теперь заметил это — была утоплена на несколько дюймов и окантована рамкой. В ней помещалась сетка из золотых и серебряных проволочек, на которых были нанизаны костяшки с отверстиями такой формы, что они могли переходить с одной проволоки на другую, а в некоторых точках — и с одного уровня на другой. Тут были сотни костяшек, размером от детского кулачка до семечка яблока, — из глины, камня, дерева, металла, кости, пластика, стекла, аметиста, агата, топаза, бирюзы, опала, янтаря, берилла, хрусталя, граната, изумруда и алмаза.

Это была моделирующая система; сходные системы имели Зоув, Лупоглазая и другие обитатели родного Дома Фалька. Систему породила великая культура планеты Давенант, хотя ей издавна пользовались на Земле. Это был и оракул, и компьютер, и орудие мистических ритуалов, и игрушка. Во второй своей короткой жизни у Фалька не хватило времени, чтобы толком разобраться в принципах работы моделирующих систем. Лупоглазая как-то обмолвилась, что ей понадобилось лет сорок—пятьдесят только для того, чтобы научиться обращаться с ней, а ее моделирующая система, являвшаяся фамильной реликвией, представляла собой квадрат со стороной всего лишь в четверть метра с двадцатью—тридцатью костяшками.

Хрустальная призма ударила в железную сферу с чистым высоким звоном. Бирюза устремилась налево, а связанные между собой полированные костяшки с вкраплениями граната скользнули вправо и вниз, в то время как огненный опал вспыхнул на миг в самом центре системы. Черные, худые, сильные пальцы мелькали над проволочками, играя с самоцветами жизни и смерти.

— Значит, — сказал Повелитель, — ты хочешь домой. Но взгляни-ка! Ты умеешь читать узоры? Слоновая кость, алмаз и хрусталь, а также огненные самоцветы и среди них мечется Опал — за Королевский Дом, за пределы Темницы с Прозрачными Стенами, за холмы и ущелья Коперника, и вот камень уже летит среди звезд. Ты выйдешь за пределы узора, узора времени. Взгляни же!

От мелькания разноцветных костяшек у Фалька зарябило в глазах. Он вцепился в край огромной системы и прошептал:

— Я не умею читать узоры.

— Ты — участник этой игры, Опал, разбираешься ты в ней или нет. Хорошо, просто отлично. Сегодня вечером мои псы лаяли на нищего бродягу, а он оказался повелителем звезд. Опал, когда я однажды приду к тебе, моля дать мне воды из твоих колодцев и приютить, ты ведь впустишь меня? Ночь тогда будет куда холоднее, чем сегодняшняя И до той поры утечет много воды! Ты пришел в наш мир из далекого прошлого. Я стар, но ты намного старше меня. Ты должен был умереть еще лет сто назад. Вспомнишь ли ты столетие спустя, что когда-то встретил в пустыне некоего короля? Ступай, как я уже говорил, ты свободен в своих передвижениях. Если тебе что-нибудь понадобится, мои люди будут рады услужить тебе."

А кроме того, я считаю, что Аракчеев должен быть свободен.


Tags: общество, теория, этика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 62 comments