Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Category:
  • Mood:
  • Music:

Русский мир. Почему.

...конечно, потому, что русских людей обижают. Других причин тут нет. Однако вы удивитесь, как пространно можно об этом рассудить.

Итак, в тексте "Русский мир. Что" я определил "Русский мир" как нормативный объект в сфере поведения государств и иных организаций. Такого рода нормативные объекты вполне наблюдаемы в реальной жизни через список норм (в пределе - запретов), ограничивающих какие-либо действия.

Повторяю и подчеркиваю. Я не рассматриваю "Русский мир" как общность русских и всех-всех-всех - это очередная попытка продать "советский" или "многонациональный народ" под другим названием. Я не рассматриваю "Русский мир" как проект государственного или надгосударственного объединения (империя, федерация, конфедерация, содружество) - "Русский мир" допускает такие объединения во всём их многообразии, пока они ему не противоречат. Я даже не рассматриваю "Русский мир" как "пространство общей культуры": в случае воплощения "Русского мира" оно неизбежно, однако оно будет одним из следствий существования "Русского мира", а не им самим.

Довольно точно объекты типа "Русского мира" описывает понятие "ценность" - более того, "общечеловеческая ценность": успех "Русского мира" может состояться только тогда, когда упомянутые через абзац выше нормы и запреты будут приняты, добровольно или вынужденно (безразлично выражения лица, с которым это принятие состоится), любыми государствами и организациями, мнение представителей которых в определённых обстоятельствах может быть сочтено выражением точки зрения человечества.

Важное предупреждение: само существование объектов типа "ценность" сложно описать на языке, созданном для описания материальных предметов. Я вынужден весьма вольно обращаться со временами и модальностями (наподобие "близнецов" Лютэс из Биошока Инфинит, ЕВПОЧЯ).

Трактат получился очень длинный, ибо в целях профилактики некоторых вопросов я вынужден повторять вещи, которые считаю установленными, и которые уже обсуждены в моём журнале. Для экономии места я прибег к аллюзиям и аналогиям, невзирая на неизбежную потерю точности.

Перейду к теме, а именно к вопросу необходимости "Русского мира".

Начну с указания, что все люди - представители одного и того же биологического вида. Пока, во всяком случае.

Это означает, что все люди разделяют одну и ту же экологическую нишу - да, весьма просторную сравнительно с нишами иных высокоразвитых организмов, но ограниченную и, повторю, единую и единственную.

Ограниченность доступных человечеству ресурсов и ограниченная эффективность их распределения означает неизбежность внутривидовой борьбы в человечестве.

Всевозможные "геополитика", "классовая борьба", "экономическая конкуренция" суть проекции внутривидовой борьбы за существование на различные области человеческой деятельности.

Или, что то же самое, именно внутривидовая борьба будет пределом, общим для перечисленных противостояний - точкой, к которой они сходятся .

[замечание: существует стереотип, согласно которому за указанием на существование внутривидовой борьбы автор обязан призывать к осуществлению таковой массово, по любому поводу, прямым действием и в самых экстремальных формах. А если не призывает, значит, замышляет втайне. "Внезапный гитлер". Так вот, автору на этот стереотип наплевать, а если читатель дёрнулся, то это проблемы читателя]

Принцип экономии энергии, применённый ко внутривидовой борьбе, вызывает дискретизацию её пространства.

Проще говоря, у людей (и не у них одних) внутривидовая борьба происходит не только между отдельными особями, но и между популяциями. Стадами, стаями, бандами... сами назовите.

Это означает изменение качества внутривидовой борьбы, дробление её на борьбу против "своих" и на борьбу против "чужих", которые и по отдельности, и совместно проще и легче внутривидовой борьбы "вообще", "каждый за себя".

Это новое качество задаёт необходимость в перманентном самоопределении популяции, которое в случае человека может быть реализовано только на основе второй сигнальной системы, то есть через непрекращающуюся работу с символами (жестами, словами, знаками). Первая сигнальная здесь бесполезна, ибо, во-первых, органы чувств у человека достаточно слабы, а во-вторых, вторая сигнальная столь эффективно влияет на работу первой, что человека можно убить словом, если постараться.

Продуктами постоянно идущего процесса самоопределения популяции - его, если можно так выразиться, зафиксированной прибылью - оказываются общество, язык, обычаи, религия, артефакты культуры, государственность, закон, гено- и фенотип популяции и многое другое.

Описание механизмов, обеспечивающих процесс самоопределения популяции, к теме настоящего трактата не относится. Однако для раскрытия темы крайне важно понимать, что

- в устойчивые режимы работы этих механизмов могут быть внесены изменения,
- в том числе через внешнее воздействие,
- в том числе со стороны той самой популяции, самоопределение которой они обеспечивают.

Иными словами, усилия - в том числе случайные, ненамеренные - отдельных членов популяции могут привести к перманентным изменениям в самоопределении популяции.

Говоря проще и не так точно, народ может создавать себя сам, причём вовсе не обязательно из рациональных соображений.

Одним из непременных условий процесса самоопределения популяции станет его ограничение, выраженное в некоторой совокупности отрицаний: символов-указателей на то, чем популяция быть не должна, к чему отдельный человек стремиться не может и/или не должен.

Эти символы при достаточно развитых средствах работы с ними вполне могут быть собраны в отдельный образ - и, скорее всего, будут в него собраны, ибо так легче.

Содержание образа задано процессом самоопределения популяции применительно к действующим внешним условиям. На выходе своё, нутряное: "я боюсь буки", "я не хочу быть золотарём", "я от бабушки ушёл" с ударением на "я".

Форма образа - "того, чем наша популяция не должна быть", наиболее удобна... правильно, тоже в виде популяции. Орки.

А если орк придуман, то им надо кого-то назначить. Зачем? А в силу всё того же принципа экономии энергии. Просто чтобы уменьшить затраты на поддержание этого отрицательного образа и не тратить зря культурный ресурс, напоминая себе каждый раз о собирательности и умозрительности образа. Проще надо: "орки - это во-о-он те соседи. Такая сволочь! - всё не как у людей..."

С другой стороны, чересчур близкие или чересчур понятные соседи вряд ли станут удачным выбором, ибо тогда звание орка опровергается повседневным общением.

Учту ещё одно обстоятельство: некоторые механизмы самоопределения оказываются общими для нескольких популяций (например, церковь). И они задают такую ситуацию, когда нескольким популяциям выгодно назначить в орки кого-то одного и подальше отсюда. Там, за восточной границей общего ареала, в Мордоре.

Вот так орочье звание применительно к некоторой популяции становится неотъемлемой составляющей процесса самоопределения другой популяции (или нескольких); частью "зафиксированной прибыли" этого процесса; частью устойчивого режима работы его механизмов.

И уже неважно, кто кому тысячу лет назад плюнул на ботинок: орками называют уже с целью не разрушить чужое, а защитить собственное устоявшееся самоопределение. И ради этой защиты, ради оправдания своих права и обязанности видеть орочьи хари вместо соседских лиц годятся любые аргументы, любые операции с символами.

Сами аргументы могут быть сколь угодно мелочными, ложными или иррациональными - важно, чтобы они были действенными.

Отсюда следует появление устойчивых клише, стереотипов, предрассудков, доктрин, тщательно проработанных и/или вполне безумных, которые выполняют всё ту же функцию: защиту самоопределения популяции, в которое прошито объявление орками другой популяции.

С другой стороны, объявленным орками от этого не легче: пусть в силу сколь угодно возвышенных причин и сколь угодно чужих трудностей, но они воспринимаемы как нечисть, извращение и зло. А с такими вещами хорошие люди обычно борются средствами пожёстче тех, которыми они решают собственные вопросы. Вплоть до геноцида как следствия отказа от обычных проекций внутривидовой борьбы в пользу её прямого действия в отношении орков.

Даже тогда, когда обходится без кровавых мерзостей, к оркам всё равно относятся хуже, чем к не-оркам.

Для популяции орков это - Проблема с очень большой буквы. Проблема фундаментальная: ниоткуда взявшийся налог на существование. Налог, который к особенностям самих орков вполне может не иметь никакого отношения. Налог, который определившие его могут произвольно увеличивать в силу каких-то своих, внутренних соображений, принимаемых на веру безоговорочно, как бы дико они ни выглядели.

С позиций внутривидовой борьбы альтернатива здесь одна: либо орки эту Проблему решат, либо погибнут, ибо дополнительный груз их со временем дожмёт. Как легко догадаться, инстинкт самосохранения - а гибель популяции резко повышает вероятность фатальных неприятностей для каждой её особи - диктует стремление Проблему всё же решить.

Конечно, даже некоторые орки могут быть согласны с аргументами от чужого самоопределения - в конце концов, эти аргументы действенны; не в силу своей истинности, а в силу того, что они созданы и поданы как действенные.

Однако я не могу считать согласие "платить, каяться и тихо умереть" или равнозначное ему согласие "платить, возмущаться и умереть громко" рациональными и потому в настоящем рассуждении буду их игнорировать (имею право, рассуждение не касается практических мер).

Первый, очевидный способ решения Проблемы - избавиться от налога на существование, избавившись от тех, кто его взимает. Проще говоря, орки должны вмешаться в процесс самоопределения кучи других популяций и так поправить его механизмы, чтобы исключить из правил их работы назначение себя орками.

С учётом масштабов требуемого вмешательства, а равно того, что оно само по себе составляет и усиливает основание для именования орков орками, задача выглядит невыполнимой.

Самое выполнимое её решение - тривиальное: полное уничтожение соответствующих популяций; с другой стороны, одномоментные расходы на такое предприятие, скорее всего, окажутся неподъёмными.

Иными словами, это решение "на крайний случай", про запас.

Второй способ - это переназначение орками кого-то ещё и снятие с себя налога на существование за их счёт. В принципе, это вариант первого способа, и он тоже подразумевает вмешательство в механизмы самоопределения других популяций в масштабах, сравнимых с их собственной работой над собой.

Можно сформулировать идею этого вмешательства как долговременной работы на усиление уже существующих тенденций по переназначению орков, но перспективы успеха такого подхода туманны, ибо, во-первых, кандидаты в новые орки тоже не будут сидеть сложа руки, а во-вторых, это та же самая выплата налога на существование в форме оказания услуги по выбору орков.

Наконец, третий способ - отказаться платить этот налог. Очевидно, что сумма частных отказов нести дополнительные убытки за своё "орчество" станет необходимым, но никак не достаточным условием общего отказа.

Напомню, что налог на существование, навязанный оркам, основан на завихрениях не самих орков, а тех, кто его навязывает.

Вывод: оркам нужен оффшор, зона с иным налоговым режимом, где за жизнь дополнительно не берут. А если такого оффшора нет, то оркам надо его создать. Для себя.

Вернусь к "Русскому миру" и повторю вышеизложенное применительно к нему.

Итак.

Русофобия, как норма мышления и образованный ею поведенческий комплекс, выраженный в страхе и ненависти по отношению к русским и русскому - существует и распространена.

Вполне возможно, что когда-то давно русофобия зародилась и окрепла как реакция на поведение русских, на их внешние признаки, на их сущность и даже на их положение (географическое, военное, государственное, общественное и т. д.).

Однако в настоящее время и в представимом будущем русофобия уже лишена всякой действительной причины, а зачастую и рационального оправдания.

Она является не реакцией, но активным началом, одной из неотъемлемых составляющих философской мысли, государственных стратегий, общественного мнения и проч.. В этом статусе русофобия интегрирована в самоопределение многих богатых и сильных индивидов, народов, обществ и организаций, в том числе государств.

Это означает, что страх и ненависть в отношении русских в общем случае вполне могут не зависеть от самих русских, но быть определены исключительно внутренними процессами среди самих носителей русофобии.

Такие индивиды, народы, общества и организации вполне резонно рассматривают теоретическое и практическое отрицание естественности и неизбежности своей русофобии в частности и русофобии вообще - как экзистенциальную угрозу себе, как покушение на само их существование.

Практическое воплощение русофобии во всём его многообразии на протяжении долгого времени неизменно ведёт к тому, что русским и русскому усложняют и затрудняют жизнь и существование.

Такое положение дел неприемлемо для русских. Оно их убивает, очень часто в буквальном смысле.

В настоящее время и в обозримом будущем не существует и не появится сколько-нибудь осуществимых технических решений, позволяющих в масштабе всего человечества уничтожить или критически ослабить русофобию как направление мысли и/или составляющую устойчивого самоопределения многих индивидов, народов, обществ и организаций.

Следовательно, обессиливать русофобию, делать её недействительной - не позволять страху и ненависти перед русскими усложнять им жизнь - возможно только в некоторых пределах, заданных теми отношениями, актуальными или виртуальными, в которые вовлечены/могут быть вовлечены ныне живущие русские.

Именно для этого и нужен "Русский мир" как нормативный объект. Именно это и есть цель заданного им списка норм.

"Русский мир" вызывают к существованию не русские в качестве очередного "великого проекта" или досужего развлечения; "Русский мир" должен быть создан русскими из-за чужого деятельного страха перед ними и из-за чужой практической ненависти к ним.

[замечание: это, кстати, не то, что бы снимает, но девальвирует вопрос "многонациональности": в "Русском мире" заинтересованы не только русские, но все Russians - все, кому проще защититься от чужака, чем доказать ему "я не Russian, я UdmurtoTartaroUzbekh". Расстрельная команда - она, знаете ли, такие тонкости игнорирует]

В ответ на вопрос, почему без "Русского мира" обходились ранее столетиями, а сейчас он вдруг понадобился, я, помимо перечисления исторически уважительных причин, указал бы на качественный скачок техники работы с символами, произошедший в последние десятилетия человеческой истории.

Если пытливый читатель полюбопытствует, существуют ли нормативные объекты, подобные "Русскому миру" и сколько-нибудь решившие схожие задачи, то я честно отвечу: да. Я затруднюсь дать точное название аналога, однако читатель сам может заменить слово "русофобия" на "антисемитизм", а потом поинтересоваться методическим обеспечением практик, которыми израильтяне небезуспешно добиваются, чтобы от них отвязались. Нам есть у кого учиться, чьи решения адаптировать и кого превосходить.

Предвосхищаю, что в следующей части размышлений о "Русском мире" я предамся иллюзии всемогущества ("если б я был султан") и рискну вчерне обрисовать список желательных учреждений и мероприятий для обеспечения старта, существования, развития "Русского мира".

Покамест спасибо за внимание.

Tags: нация, общество, теория, футуризм, этика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments