?

Log in

No account? Create an account

обратно | туда

Одетый король.

Файл черновика датирован июлем. Даже в уме не держал, однако, случайно открыв, вспомнил сразу же, добил примерно треть и заполировал. Выкладываю, а то как-то неудобно мариновать сказку.

Одетый король.


…За окном стоял вечер декабря, а в зале Королевского совета горели свечи, грел камин, а по углам за своими пюпитрами увлечённо орудовали перьями секретари.

Заседание вёл сам король. Точнее, уже завершал его. Круглые очки в золотой оправе удивительно не шли к его тяжёлому лицу с крупными чертами. Именно поверх этих очков король обвёл взглядом аудиторию.

- И последний вопрос, - сказал Его Величество. – Мой новый костюм. Вот он.

Взгляды собравшихся устремились за жестом короля и упали на пустую подставку, с которой на потолок указывала длинная вертикальная палка. Вертикальную палку пересекали три горизонтальных. Палки были полированные, на них играли отблески свечей.

- Костюм пошит двумя мастерами из южных королевств, средоточия мировой цивилизации, - сказал Его Величество. – Ткань особенная, видная всем, кроме законченных кретинов, воров и подлецов.

- А… - подал голос один из собравшихся министров, но получил локтем в жирный бок от другого и умолк.

- Я думаю надевать его на торжественные обеды, - продолжил король. – Костюм прекрасен, а фактура и окраска ткани выше всяких похвал. Так что я предлагаю заключить контракт на такие костюмы – попроще, конечно – за счёт казны вот для этого списка лиц. Вы здесь все, не беспокойтесь. Будьте уверены, наши пиршества – как сугубо местные, так и с участием иностранных гостей – войдут в легенды. Костюм – просто шедевр, достойный меня.

Речь короля была встречена молчанием разных оттенков, только поленья потрескивали в камине да перья скрипели по углам.

- Итого, выходит двадцать тысяч монет этим мастерам. Будьте любезны провести по ведомости, казначей.

Тот самый министр, который ранее сказал «А…», привстал и поклонился с почтительной улыбкой, приклеенной к лицу.

- На этом заседание считаю закрытым, секретари могут идти, а вот тут всякие помарки в бумагах… - Тренированные секретари покинули свои пюпитры и залу Королевского совета, пока оставшиеся полдюжины сановников и Его Величество, не садясь обратно на стулья, раскладывали те бумаги, что поселились на длинном столе во время заседания. Один из министров прошёл за секретарями к высоким дверям главного входа Залы, погрозил кулаком страже и лично закрыл двери изнутри.

- Казначей, эти двадцать тысяч на волшебную одежду проведёшь по оснащению дворцовых терм и прилежащей к ним трапезной, - буркнул Его Величество. – Ну и пузо ты себе отрастил, друг мой, кстати, никакого полотенца не хватит обмотать.

- Сидячая работа, Ваше Величество, - со вздохом пожал плечами казначей. – Я правильно понимаю, что вешалка пустая?

И опять в зале наступило молчание самых разных оттенков, разве что перья не скрипели.

Король казначея ответа не удостоил и обернулся к невысокому сутулому человечку очень ухоженного вида с длинными седыми волосами.

- Этих трюкачей в подвалы на подпись обоих контрактов - и на костюмы, и второго, по твоему ведомству. Помещение дать в виду дыбы и «железной девы». По сто монет на рыло, и рыла не портить, их ещё публике показывать, цивилизованных. Кстати, точно наши?

- Северо-восток, Ваше Величество, - сказал ухоженный человечек. - Беглые школяры из захолустья. Больше наглости, чем таланта. Предлагать костюмы, в которых всякая погань, и только она, увидит голый зад носителя – такое несколько непродуманно. И вот вопрос: второй контракт – он нужен, или просто пусть подписывают неразглашение?

- Какое ещё неразглашение? – встретил король вопрос своим вопросом. – Они поедут на юга, и пускай рассказывают погромче, как выручили здесь двадцать тысяч монет на нашем тщеславии с нашей глупостью. Моему двоюродному брату понравится, как узурпатор со своей… этой… камарильей осрамился. Глядишь, в дом пустит.

- О. – Взгляд ухоженного человечка на мгновение остекленел. Люди попроще в таких случаях бросаются записывать.

- Теперь вы. - Его Величество показал пальцем на высокого сухопарого старика в гражданском платьи, но с военной выправкой. – Эти девятнадцать восемьсот – ваши, без ведомости, и к концу лета чтобы контрабанда в северном междуречьи захлебнулась. Без открытых ведомостей, без переброски войск. Добровольцы, наёмники, ловушки, подкуп – что угодно, но эти тропы с переправами должны быть разорваны, они мне северные провинции душат.

У казначея за спиной короля выражение круглого бритого лица менялось согласно королевским словам. По этим изменениям можно было судить, что с деньгами он расставаться не хотел, особенно не под ведомость, однако к контрабанде относился так, будто она душила не мануфактуры в северных провинциях, а его лично.

Сухопарый старик щёлкнул каблуками и коротко кивнул.

- Учтите, что этот сумасшедший на северном троне не должен задёргаться, - предостерёг король. – Рано. Так что без эмблем. Только монеты.

Вновь кивок и щелчок.

- Ну, а ты на всякий случай приготовься отписываться.

- Слушаюсь, Ваше Величество, - склонил голову министр иностранных дел, и на его не просто крашеных, но и лакированных какой-то алхимической дрянью волосах сыграли отражения свечей.

- Теперь ты, глашатай. – Упомянутый глашатай весил почти столько же, сколько казначей, ростом был чуть выше его, но жира имел несравнимо менее. Его было гораздо проще вообразить орущим в столичном порту на погрузке, нежели беседующим с владельцами городских газет.

Вот и сейчас он отозвался громким неразборчивым «мххррмм», с заметным почтением.

- Устроишь выставку готовых костюмов из цивилизованной ткани. – Его Величество показал пальцем на пустую вешалку. – Пусть горожане приходят любоваться. Можно с детьми. А в газетах чтобы было про будущие торжественные обеды с иностранцами, как я сказал.

Второе «мххррмм» содержало те же самые нотки почтения, обогащённые нотками согласия и нёсшие обещание исполнить приказ. Глашатай был немногословен и не в последнюю очередь поэтому сохранял свою должность уже третий десяток лет.

- Вот на этом заседание считаю совсем уже закрытым, дорогая моя камарилья. Выполнять завтра с утра, только цивилизованных мастеров давайте в подвал уже сейчас, пусть полюбуются ночью на реквизит.

Когда министры покинули залу, Его Величество подошёл к вешалке и криво ухмыльнулся.

- Увидим, - пообещал он ей.

…За окном стоял январский полдень, а Его Величество стоял в одной из малых комнат дворца и сосредоточенно вырезал большими портновскими ножницами заметку из газеты.

Большую часть комнаты занимал круглый стол. На столе лежал альбом инкварто, раскрытый где-то на середине. Ровно четверть разворота испещряли уже вырезанные и наклеенные заметки. Над несколькими были заголовки от руки.

Меньшую часть комнаты занимали полки, на которых стояли такие же альбомы. Из некоторых альбомов торчали закладки.

Дверь комнаты открылась, и на пороге появился Наследник.

- Отец, вы не поверите! – предсказал он со всем пылом семнадцатилетнего. – Там, на площади перед Дворцом!..

- Поверю, - опроверг его король. - Однако у меня меньше часа до принятия верительных грамот от послов целых двух с половиной держав. Даже у самодержца должно быть хоть немного свободного времени, чтобы поработать со своей коллекцией и пополнить её событиями месячной давности.

На слове «коллекция» скука окрасила лицо Наследника, которое, во-первых, носило несомненное сходство с тяжёлым и грубым лицом Его Величества, а, во-вторых, заставило бы признать Её Величество красавицей даже заочно.

Через несколько мгновений скука сменилась досадой: Наследник сообразил, что отец-коллекционер сейчас вволю поиспользует не только своё, но и его, Наследника, свободное время.

- Вот, - показал Его Величество ножницами на одну из вырезок. – Здесь смущение – это лоялисты. – Другая вырезка. – А здесь возмущение – это прогрессисты. Первых несколько покоробило то, что Его Величество – и ты тоже, кстати вместе со мной – будут нагишом сидеть в компании иностранных гостей и как бы не таких же монархов. Хотя, по мне, лучшего мои августейшие братья и не заслужили. Прогрессистов то же самое не покоробило, а возмутило. Вот. «Глупость, легковерие и невыносимая народом гордыня». Невыносимая, верно: горожане-родители устали объяснять своим отпрыскам, почему на вешалках в Королевской галерее ничего нет.

Наследник пустым взором смотрел куда-то в верхний угол комнаты.

- Через неделю возбуждение спало, зато раскачались властители дум. Вот здесь. Одни пытаются примириться с последствиями, а другие пытаются упросить так не делать. А вот любопытное. Предположительно неизвестно, где у этих карбонариев типография. «Неужели не понятно, что узурпатор и его камарилья – люди разумные, и разумные более, нежели сельское простонародье, и более, нежели мы, угнетённые этой камарильей горожане? Неужели не понятно, что во Дворце совершенно не верят в новые платья из волшебной ткани?» Отвратительный шрифт. Э-эй!..

Наследник очнулся и изобразил на лице живейшую заинтересованность. Его Величество вздохнул.

- Надо слушать, пока учат. Не то потом станет для тебя жизнь чередой открытий. Очень хороший человек пишет, он от твоего двоюродного дяди получает почти столько же, сколько от нас. Правильно пишет, у нас тут во дворце народ умный. Тот, что взрослый, во всяком случае.

Лицо Наследника занялось краской. Его Величество отложил изрезанную газету, поправил очки на носу и продолжил:

- Так… а дальше этот хороший человек делает искренний вывод: «Значит, намеренное хождение голыми есть часть какого-то плана, направленного на продолжение незаконного удержания власти, на дальнейшее угнетение народа и преступление не только законов морали и нравственности, но и законов пристойности и обычая, законов повседневного порядка».

Наследник вежливо молчал. Его Величество погрозил ему пальцем:

- Запоминай: этот человек уверен в том, что мы и в самом деле намерены скакать на публике без штанов. Почему? Потому, что быть так уверенным легче. Правильным ходом мысли здесь станет сказать себе «из дворца пришло известие, что Его Величество намерен скакать на публике без штанов». И уже к сказанному применить все эти прекрасные слова о том, что мы с приближёнными – люди разумные. К тому, что известие пришло, а не к тому, что я воистину спятил. А такой ход мысли очень и очень дорог, затратен и утомителен. Всё время останавливаться и сдавать назад.

По лицу Наследника можно было прочесть полную и законченную уверенность всякого молодого человека в том, что уж он-то любым ходом мысли владеет в совершенстве.

- И вот, - продолжил Его Величество, - здесь, спустя ещё одну неделю, мы видим разошедшийся по всем столичным клубам прекрасный философский трактат о праве на власть, основанный именно на моём предположительном желании появиться на публике голым. О том, что право на власть заключается именно в подчёркнутом презрении к приличиям, к тому, как здесь заведено. Что я сижу в Тронной зале только потому, что во всякий момент способен приказать казнить тысячи, ограбить сотни тысяч и встретиться с иностранными послами, будучи в одних очках.

- А ты способен? – спросил Наследник. Его Величество покачал головой:

- Не во всякий момент. А вот ты ко мне прибежал потому, что это убеждение просочилось в ряды радикальных, но разрешённых прогрессистов, став для них не игрой ума, а частью окружающего мира. Потому, что случилась дискуссия в газетах и в частных письмах. И я как раз пристраивал в свою коллекцию самые трогательные моменты из этой дискуссии, когда ты пришёл ко мне сообщить то, что я предвидел месяц тому назад... Что прямо сейчас, в солнечный зимний день, на площади перед Дворцом… ну?

- Собрались и стоят на снегу дюжины три совсем голых людей с плакатами «мы здесь власть», - угрюмо закончил Наследник. Его Величество кивнул:

- Очень уважаемые личности в оппозиции.

Наследник, казалось, с досады готов был пуститься в пылкие и огульные суждения об оппозиции вообще и её отдельных проявлениях в частности, но Его Величество предупредил его взмахом ножниц и продолжил:

- Казнить они никого не могут. Не потому, что нет государственной должности, а потому, что не могут собраться, осудить от своего имени, а потом казнить. Ждут, пока восторжествует справедливость, и уж тогда развернутся без оглядки, всякий там момент или не всякий. Ограбить они тоже никого не могут, потому что мешают законы, стража и полиция. Ну, разве что подворовывать друг у дружки в процессе борьбы с узурпатором. А вот собраться, заголиться и продемонстрировать своё право на власть мне, стоящему над законом суверену, который по слухам тоже голый – на такое они способны. С учётом того, что сегодня весьма зябко, оно потянет и на подвиг.

- Стража с них ржёт, - сказал Наследник.

- Ещё бы, - согласился Его Величество. – Только не «с них ржёт», а «над ними смеётся» или «потешается». Нахватался у себя в училище. Газетёры есть?

- Да, - сказал Наследник. – Были двое, когда я уходил. Одетые.

- А прохожие, надо понимать, обходят стороной?

- По стенам. И в переулки норовят сразу же. Оглядываются, как на… умалишённых.

- Интересно, с чего бы это? – по тону Его Величества было понятно, что ответа он не ожидает. – Ладно, бери-ка склянку с клеем, и вон там копии с трёх писем, читается просто замечательно, особенно про обустройство королевства после моей казни. Покажу, куда их на этом листе. Давай, помогай отцу, не строй мне тут рожи.

Наследник страдальчески замычал. Его Величество брякнул ножницами о столешницу.

- Смотри у меня. А то ведь с одним из этих послов я скоро поговорю наедине, что у них там вышло с «царевной-лягушкой».

И, когда Наследник взялся мазать клеем обратную сторону листа дешёвой бумаги, исписанной аккуратным почерком младшего перлюстратора, Его Величество напомнил:

- Надо слушать, пока учат.



Comments

( Всего-то 12 — добавить )
weervolf
17 фев, 2017 18:45 (UTC)
Прочитал до конца. Это великий признак.
alek_juzhnyj
17 фев, 2017 19:10 (UTC)
Эх, если бы все было так просто...
alex_bow
17 фев, 2017 19:32 (UTC)
Что-то прям сразу приходит свежий фокус власти с Исакием.
torkvvemada
17 фев, 2017 19:41 (UTC)
Спасибо, очень хорошо.
moshushi
17 фев, 2017 21:25 (UTC)
Спасибо. Очень понравилось.
bantaputu
18 фев, 2017 00:22 (UTC)
Ше д'Эвр.

Edited at 2017-02-18 00:23 (UTC)
bantaputu
28 май, 2017 22:00 (UTC)
Снова прочёл, и повторюсь: шедевр.

Между прочим, вспомнил историю с "мнением" Рейгана, что Запад в ядерной войне выживет. Говорят, советские на самом деле оценивали его, как опасного сумасшедшего.

Так что не оппозицией единой.

Edited at 2017-05-28 22:02 (UTC)
diana_spb
18 фев, 2017 07:29 (UTC)
Мило.
strannik8
18 фев, 2017 08:21 (UTC)
Казалось бы, причём тут "Болотная"...
(Анонимно)
18 фев, 2017 14:19 (UTC)
Прохожие не стража,и, понятно, поржать убегают в переул
Вожак демонстрирует стае свои достоинства - очень древний, ахаичный обычай. Вожак скрывает от стаи свои недостатки - обычай помоложе, мне думается. И уж совсем молодой обычай - создавать запоминальники для учета того,кто,где,когда и насколько продемонстрировал или облачился. Что и понятно - между полным обнажением и полным облачением столько промежуточных вариантов, что без запоминальника никак.

Странно только, что хитроумные портняжки не специально нахитроумлены. Видимо это еще не вошло в обычай.)

Всего доброго и спасибо.
(Анонимно)
19 фев, 2017 05:33 (UTC)
Надо слушать, пока учат.
Это преподско-лекторская профдеформация?)

Имхо,"ушки на макушке" даже в неученье полезны. Огорчает только,что пороги ограничены диапазоном от 20Гц до20КГц. А то, что у некоторых из нашего вида этот диапазон поширше - иногда радует.)
aikr
19 июн, 2017 03:26 (UTC)
Блеск!
( Всего-то 12 — добавить )

Latest Month

Декабрь 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      
Разработано LiveJournal.com
Designed by Lizzy Enger