Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Categories:
  • Mood:
  • Music:

"...каждая несчастливая семья несчастлива по-своему."

Перечитал Стивена нашего Кинга, "Full Dark, No Stars"... я бы перевёл как "Глухая беззвёздная ночь", но русский перевод именован по-другому... сборник из четырёх повестей, вышел в 2010. Сюжетных ходов с претензией на неожиданность много, поэтому спойлеров дальше будет предостаточно. Отсюда совет: если Вы ещё не ознакомились хотя бы с русским переводом "Тьма, - и больше ничего", то ознакомьтесь до продолжения чтения.

Моё размышление по поводу прочитанного подстёгнуто не столько им самим, сколько другими рецензиями на него. Кинг в моём понимании очень аналитичный и системный автор, чуткий к чаяниям аудитории. Если помните, то у Гоголя в "Портрете", когда художник Чартков наконец-то нашёл своё место в жизни,

"Кто хотел Марса, он в лицо совал Марса; кто метил в Байрона, он давал ему байроновское положенье и поворот. Коринной ли, Ундиной, Аспазией ли желали быть дамы, он с большой охотой соглашался на всё и прибавлял от себя уже всякому вдоволь благообразия, которое, как известно, нигде не подгадит и за что простят иногда художнику и самое несходство".

В "Full Dark, No Stars" торжествует то же самое понимание чаяний потребителя. Другое дело, что автор - не портретист, перед конкретным заказчиком не отвечает, и что он ни захоти сказать важного среди своих пугалочек, то и будет сказано.

Далее я всего лишь предположу, о чём на самом деле этот сборник, не то от выражений вроде "тёмный незнакомец внутри" в прочитанных рецензиях мне даже смешно не становится.

Видите ли, в разговоре об окружающем нас обществе есть многие положения, которые принято принимать... принято принимать, да... без размышлений и рефлексий.

Обдумывать себе дороже, вот и не обдумывают. И всё бы хорошо, но такая радость со временем оканчивается, когда правдивое утверждение "король голый" озвучивает уже не глупый бюргерёныш в уличной толпе, а родовитый дворянин с большими внутриэкономическими и геополитическими планами.

Одно из самых известных таких положений может быть сформулировано как "семья - ячейка общества".

Мол, семья - это то же общество, только в группе, временно и непостоянно ограниченной четырьмя стенами, несколькими подписями в документах и набором общепринятых обычаев. Так проще. Увы. Это враньё.

Семья есть антиобщественное учреждение в том смысле, что действующие внутри неё установления относительно совместных действий и возможности таковых заменяют те установления, которые действуют на условной "улице".

"Анти-" - это "вместо", а не "против", если что.

Стивен Кинг тщательно и обдуманно наживается на... хотел написать "разъяснении", но тут другое: интерес автора не в том, чтобы читатель понял эту разницу, интерес автора в том, чтобы он её увидел и ей... проникся? оказался поражён?.. а поймёт, нет ли - его, читателя, дело. Чтобы купил текст.

Автор преизрядно строит сюжеты и умно подбирает приёмы изложения с тем, чтобы показать антиобщественность семьи. Показать её, не опускаясь при том до открытых формулировок.

Вот первая повесть из четырёх, составляющих сборник. "1922". Сюжет: в некоей фермерской семье в указанное в заглавии время происходит раздрай. Вёрткая баба хочет продать землю и уехать в город, а весь из себя основательный мужик, читающий Плиния-старшего на ночь, землю бросать не желает. Дело доходит до убийства. Что в повести интересно: мужик со всей своей основательностью вовлекает сына-подростка в убийство его собственной матери, то есть женщину убивает семья с общим на тот момент пониманием, что это дело правильное.

Мужик оправдывает свои поступки, в том числе вовлечение сына, тем, что землю бросать нехорошо, что земля - это некая высшая ценность, хотя здесь невооружённым глазом видно стремление сохранить не землю, но семью в сколь угодно усечённом виде, лишь бы похожем на прежний, как раз и определяемый через "землю".

Например, то, что жена, продавливая свою линию, консультируется с внешними учреждениями, мужа провоцирует в решающей степени. Да и сами внешние учреждения, несводимые к фермерскому хозяйству, там показаны едва ли не как иная планета, а их представители - как "зелёные человечки".

Разумеется, потери семья не выдерживает; сильно нервничающий парнишка брюхатит соседскую дочку, а потом убегает с ней куда подальше, создавая новую семью ad hoc - они живут разбоем и плохо заканчивают. Всё это нехорошо сказывается на психическом здоровьи главного героя.

Вторая повесть, "Big Driver" ("Водила"?). У меня осталось ощущение, что автор тезисы о семье, сформулированные в предыдущей повести, тут разъяснял уже для тупых.

Писатель-детектив, одинокая тётка возрастом около сорока, приезжает на встречу с читателями, а на обратном пути её насилуют и пытаются убить. Не получается не потому, что не старались. "Девушка начинает собственное расследование"ТМ, убеждается, что за нападением на неё стоял не один человек, а семья из мамаши и двух сыновей - и пускает в расход всех.

Великолепно показаны резоны, по которым тётка не обращается в полицию. Она писатель, публичный человек, имиджу и доходам будет нанесён урон. Более того, имиджевые соображения моментально разрастаются в "газеты будут писать, что я сама его спровоцировала" - при том, что тётке пришлось выбираться из сточной трубы, где она оказалась в компании с парой трупов таких же баб.

Тётка-детективщица, проводя собственное, страшно вымолвить, расследование, метясь на резко антиобщественный поступок и одновременно пытаясь восстановить своё психическое равновесие, тут же заводит себе семью, разговаривая с одушевлёнными и неодушевлёнными предметами - и отвечая себе за них, а как же. Я замечу, что считаю такое положение дел либо состоявшимся безумием, либо позором, много худшим тех же публичных потерь в имидже.

Семья, надругавшаяся над героиней повести, показана как средоточие тёмных в смысле неразборчивых сил (посмотри я в словаре слово "хтонический", я бы и его сюда вписал). Непонятные кувырки и приплясывания собственно насильника, нерассуждающая ярость его матери. Та импровизированная и несуществующая семья, которую создаёт вокруг себя героиня, сравнительно культурна и рациональна, ставшись набором её собственных отражений, но всё едино - спонсирует тройное убийство.

Уже в самом конце повести состоявшаяся убийца общается с единственной свидетельницей, способной её изобличить. Та говорит, что изобличать не будет, потому что её саму много лет насиловал отчим, а мать знала и умоляла не рассказывать. Та-дам.

Я же говорю, автор тут по слогам объяснял.

В третьей повести - с названием, которое можно перевести сильно по-разному, а на языке оригинала оно звучит как "Fair Extension" - в книгу в первый и единственный раз заглядывает подтверждённое автором сверхъестественное, а именно сам чёрт. От чёрта, кстати, пахнет выхлопом авиационного топлива - и тут автору можно только аплодировать. Именно так: сверхмощная машина, заведомо превосходящая в своих возможностях очередного "клиента", который "на самом деле всего лишь рядом стоял".

Умирающий от рака банковский клерк заключает сделку: ему возвращают здоровье и продлевают жизнь, он отчисляет за всё это долю своего годового дохода, а попутно помогает наложить проклятие на своего худшего врага, который по совместительству ещё и его лучший друг с детства. Местный воротила, успех за успехом, все дела.

Всё получается как по-писаному, ибо сам чёрт ещё до того поясняет, что счастье человека в руках его близких. То бишь чёрт использует клерка как уязвимость, чтобы сломать жизнь воротиле, который считает клерка своим другом. Рискну утверждать: на то, что дальше началось с семьёй воротилы, Кинга вдохновила история Иова - и здесь я выводы не стану проговаривать, оставляя их верующим.

Клерку же стало везти, и никаких угрызений совести он не испытывал, более того - пёрся, слегка помогая своему "другу", которого преследовали тридцать три несчастья. Чтоб ещё помучился.

Автор здесь развлекается от души, используя разметку хода времени известными событиями, которые тоже трудно назвать счастливыми - по крайней мере, для граждан США. Тем самым читателя пихают к мысли "а кто же это нас так проклял" (см. рассказ "Заклятие" Любови и Евгения Лукиных).

Впрочем, повторю, что в повести очень чётко показано: там не отдельно взятый клерк использует запрещённый приём против отдельно взятого воротилы, но один глава семьи уничтожает запрещённым оружием другую семью. И его не беспокоит совесть именно потому, что не "один-на-один".

Четвёртая, заключительная вещь - "A Good Marriage", "Удачный брак". Здесь интересы отдельно взятой семьи и общества сталкиваются с хрустом, в лоб - и общество уступает.

Дама средних лет случайно обнаруживает, что её муж - маньяк-убийца со стажем, местный Джек-Потрошитель и во многом имя нарицательное. Автор долго и со вкусом разъясняет, почему тут ошибки быть не может: упомянутый муж, когда до него дошли жёнины подозрения, сразу во всём признаётся и о многом рассказывает. Припев: "я больше не буду" и "подумай о детях". То есть всё замыкается на семье, которую к этой четвёртой повести уже очень сложно отождествлять с "ячейкой общества".

Дети делают первые шаги в жизни, и такого рода сенсации могут повредить их карьере. Были же времена, а? 2010 год.

Дама месяц подождала, а там муженька и... того. С лестницы скинула, а "скорой" сказала, что тот сам. Никто счастливую семью не заподозрил. Почти.

Пенсионер-полицейский у Кинга вышел идеален, перечитывать вещь стоит хотя бы ради описания его визита к вдове. Абсолютное воплощение того самого общества, "улицы", к которому, не осознавая того, принадлежала одинокая тётка-детективщица из второй повести сборника. Тот опыт и те знания, в которые слежались разговоры с тысячами незнакомых людей на той самой "улице" за время карьеры.

Он её не арестовал даже после признания, хотя оно ему и не требовалось - и так знал, доказать не мог. Почему не арестовал вдову? Да потому, что это никому не было нужно, и в первую очередь знание о конце маньяка не было нужно даже семьям, на которые нападал маньяк. Ну, потерял мужик жену и ребёнка. Спивается. Никто он.

Потому я и говорю, что общество в этой повести Кинга с хрустом уступает тому, что отнюдь не его, общества, ячейка. И не ячейка вообще.

Если говорить о связях с другими произведениями Кинга, то субъективно я бы предположил, что автор пытался оправдаться за "Мареновую розу" образца 1995 года, но это уже совсем другая история.

Ах да, надо же про общественную значимость и всё такое. Я, впрочем, выше уже сказал.

Автор зарабатывает себе на жизнь, указывая на тот факт, что семья - это не общество, и что обратное утверждение - всего лишь многолетняя экономия усилий пропагандистов, авторитетов и прочих хороших людей, повествующих о новом платьи короля. Автор убедительно указывает на этот факт с разных сторон и разными жестами.

Книга, повторю, оставляет впечатление очень хорошо продуманной, а вдохновение там присутствует ровно, без берсерка.

Сейчас, через десять лет, я без особенного риска могу утверждать, что нынешний пафос... людей радикальных убеждений... которые воюют с семьёй как реальностью, основан именно на последствиях той самой экономии.

Люди поняли и придают своему пониманию сверхценность. Мол, за нами единственно возможная правда. "Оказывается, про место семьи в обществе нам врали, поэтому семья плохая, давайте вместо неё будет" - и понеслось общественное благо по буеракам частного или группового воображения.

Официальный, административный подход к семье опирается на ту же презумпцию принадлежности семьи к обществу, только он утверждает эту принадлежность в каждом удобном случае, утверждает возможно громче и безапелляционнее, не морочась доказательствами и требуя отказа от рефлексии. Так привычнее и проще. Однако ошибки накапливаются чем дальше, тем быстрее.

Стивен наш Кинг вряд ли подразумевал такое сообщение для своей книги. Он написал несколько хороших историй и удачно их продал. Он молодец. А то, что хорошо придуманные, интересно рассказанные и умно составленные истории неизбежно будут иметь смысл, и смысл серьёзный, иначе "хорошо" не получится - это уже не проблемы автора. Ему - деньги считать.

Спасибо за внимание.

ПостСкриптум. Про фильмы по трём повестям из четырёх я знаю. Не смотрел: может, гляну до осени.


Tags: критика, культура, литература, общество, теория
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments