Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Category:
  • Mood:
  • Music:

О предприятии. Без картинок, если что.

Вновь о словах. Хотя... вроде бы в двух предыдущих текстах (1, 2) по теме я уже написал достаточно, чтобы дальше опуститься к политическим программам... я хотел сказать, до рассуждений на тему "чем подсластить массовые расстрелы".

Буде попустит дистанционный режим... чтобы понятнее, про "массовые расстрелы" я думаю, когда вижу сообщения типа "делаю ремонт в квартире от скуки"... так вот, если попустит дистанционный режим, то и в самом деле сооружу что-нибудь на тему.

Ниже опять ни слова про экономику. "Предприятие" здесь в самом общем смысле, а его классификация с применением этических императивов - в самом ограниченном. Если дистанционная работа чему и учит, так это отвечать за слова, когда весьма сложно поправить оговорку вовремя.

Да, про "массовые расстрелы" я оговорился. Не массовые. Не так много сообщений про ремонт я вижу.

Сначала: что я здесь называю "предприятием"? Нет, это не только овощной ларёк, автомобильный завод или поход за кладом: все эти примеры заставляют меня скорчить сочувствующую рожу и вспомнить слова сэра Терри об изложении квантовой физики языком, созданным для того, чтобы сказать, на которой ветке висит банан.

Я здесь понимаю "предприятие вообще" буквально как "упреждающее действие", то есть сознательную работу индивида над распределением вероятностей появления того или иного набора будущих событий с собственным участием. Чтобы желаемое будущее стало более вероятным, а нежелательное - менее.

При этом неважно, насколько соответствует действительности представление индивида о причинно-следственных связях. Тем, кто всерьёз объясняет всё "божьей милостью", можно посочувствовать, но действия, спонсированные этим представлением, - например, принести девственницу в жертву ради урожая - всё равно оказывают влияние на окружающий мир.

Сошлюсь на предыдущий текст и отмечу, что не надо путать "предприятие" с "хозяйством". "Хозяйство" решает проблему ограничения возможных вариантов будущего субъекта, обеспечивает субъекту возможность исчисления этих вариантов, их конструирования и формулирования для "предприятия". "Хозяйство" - это стены дома, а "предприятие" - это обстановка внутри дома, маловероятная на улице.

Теперь я сужу то "предприятие", о котором стану говорить далее. Только для этого текста, не покушаясь на уличный говор.

Вычеркну из предпринимателей допятничного Робинзона Крузо и скажу, что буду рассматривать только ту работу с вероятностями, которая учитывает других субъектов, способных на эту работу. Неважно, учитывает как сотрудников, конкурентов, прямых антагонистов или просто "шум".

Я говорю, что далее по тексту из рассматриваемого понятия исключены такие предприятия, которые исходят из презумпции субъектом неспособности окружающих к такой же предпринимательской деятельности. Почему? Потому, что такие предприятия, успешны они или нет, уже не могут быть оценены этически. Постольку, поскольку они затрагивают других людей, они могут быть оценены исключительно как деятельность принципиально антиэтическая, исключительно как совокупность различных способов насилия и паразитизма.

Предпринимателем далее я засчитываю только того, кто, предпринимая предприятие делая своё дело, признаёт и учитывает равнодостойных. Неважно, входит ли в учитываемое множество всё человечество или входят только сограждане, или, может быть, лишь свой собственный класс, да ещё не весь, а по имущественному цензу - так, что "те, у кого нет миллиарда, могут идти в ж...у".

Тем не менее: без равнодостойных, самим своим существованием влияющими на предпринимательскую деятельность имярек здесь и сейчас (см. "Консуэло Вандербильт и Элла Щукина"), эта предпринимательская деятельность не входит в предмет рассмотрения данного текста.

Теперь ещё одно ограничение предмета рассмотрения. Уже не по предпринимателю, но по самому предприятию.

Из предыдущего ограничения следует, что я рассматриваю только те предприятия, которые составляют общественную деятельность; которые невозможно выполнить в одиночку или полагая себя единственным. Такая общественная деятельность имеет, всё по той же работе "Поведение", четыре аспекта. Перечислю все.

Утилитарный аспект (написал бы "материальный", но вещным производством вопрос не ограничивается). Ценность пользы, отношения собственности. То, что в первую очередь и принято ассоциировать с "предприятием": овощной ларёк, автомобильный завод и поход за кладом как способ обзавестись овощным ларьком или автомобильным заводом. Однако это именно "принято" в силу чисто статистических причин: отношения собственности чаще сказываются на нашем поведении, чем, например, отношения власти. "Рыночный дискурс" на этом "принято" цветёт столетиями.

Престантивный, извините за выражение, аспект. Прилагательное от перевода на латынь яндекс-словарём слова "превосходство". Ценность превосходства, отношения власти. У меня не вызывает отторжения проименовать "предприятием" усилия в рамках борьбы за власть. "Мы месяц по галактике "Маму" попоём... Они будут ползать перед нами, а мы на них плевать!"

Коммунальный аспект, то есть именно тот, в котором и действуют этические императивы, определяющие поведение; аспект, в котором и сказывается разница между "правильным" и "неправильным", "хорошим" и "плохим" предприятиями в том или ином обществе. Рискну утверждать, что "предприятие по установлению справедливости" выглядит скорее поэтическим, нежели фантастическим образом.

Наконец, культурный аспект. Ценность свободы. "Предприятие по освобождению" - образ той же степени поэтичности, что и у справедливости. Спросите Эдмона Дантеса. Про справедливость тоже можете осведомиться у него.

Итого, этической оценке подлежит только та "работа с вероятностью", "работа над будущим", в которой присутствует заметный коммунальный аспект, и сама этическая оценка предприятия сводится к оценке этого аспекта.

Только так я могу рассуждать о различиях предприятий в "южной", "восточной", "западной" или "северной" этических системах. Если коммунальный аспект предприятия сведён на нет, незаметен, неразличим - то и само предприятие одинаково в обществах с различной этикой, а видимые различия чисто внешние, технические: имя, вывеска, оборудование, девиз. А предприятие можно пересылать, импортировать и экспортировать между обществами.

Что производит предприятие в коммунальном аспекте? Набор ожиданий окружающих от субъекта. Репутацию. И уже её можно описывать, как соответствующую или несоответствующую тому или иному этическому императиву.

"Южное предприятие". "Я должен делать другим то, что они делают мне". На первый и не совсем правильный взгляд "коммунальным продуктом" "южного предприятия" станет схожесть, приведение субъекта, осуществляющего это предприятие, к некоему общему среднему уровню.

На самом деле "коммунальным продуктом" "южного предприятия" окажется количественное приближение его субъекта к некоторому существующему в "южном обществе" в данный момент идеалу. Прокачка собственных ТТХ на пути к ТТХ Великого Предка (они больше 9000).

Да, в общем случае это даст некий "средний уровень", но возможен и случай перепроизводства, успеха "южного предприятия" в коммунальном аспекте, когда его субъект приближается к уровню Великого Предка явно ближе остальных. Это понты, это потлач, это разрушение существующего порядка своей молодецкой силушкой (с возможными кровью и трупами), это претензия на место в легендах с дальнейшим слиянием с тем самым образом Великого Предка и, возможно, сопутствующим изменением этого образа.

"Восточное предприятие". "Я не должен делать другим того, чего они не делают мне". Здесь правильным словом для "коммунального продукта" для сравнения различных репутаций в этой рамке будет "достаток": коммунальный успех "восточного предприятия" сказывается в том, что его субъект не просит помощи. Перепроизводство "коммунального продукта" "по-восточному": успешное накопление ради накопления. Кулак.

"Западное предприятие". "Другие должны делать мне то, что я делаю им". Здесь необходимо пояснение.

Предыдущие два императива подразумевали "коммунальные усилия" предприятия как работу его субъекта в первую очередь над собой и своим. "Западный" этический императив прямо говорит, что предприятие в первую и главную очередь должно работать над другими субъектами, над окружающим обществом.

К чему сводится такая работа в рамках "западного императива"? Чисто технически - можно либо напрямую работать с другими субъектами, либо влиять на связи между ними, как действительно существующие, так и возможные, виртуальные.

Прямая работа с другими в рамках указанного императива ("делать мне то же, что я делаю им") не может быть ничем иным, кроме более или менее изощрённого убеждения других "подражайте мне", идеализации себя в чужих глазах. Работа же с чужими связями сводится к их ослаблению - в идеале так, чтобы "подражайте мне" работало сильнее всех. Когда "град на холме" за океаном спирает дыхание, а соседская хижина...

И вот "коммунальный продукт" "западного предприятия" - это притягательность, калька с attractiveness из английского языка и аттракторов из высокой науки. Если уж совсем вглубь, то attractio по-латыни - "сжатие", здесь предполагается упругость связей, с которыми работает "западное предприятие", их [ограниченная] способность возвращаться в исходное состояние. Ещё подниму тему как-нибудь.

Наконец, "северное предприятие". "Другие не должны делать мне того, чего я не делаю им". Чисто технически его коммунальный аспект - это, как и у "западного", сумма работы с другими субъектами и с их связями между собой.

Только сама работа немножко другая. Если "восточное предприятие" нужно для того, чтобы не попрошайничать, то "северное" нужно для того, чтобы не просили у тебя.

Поэтому работа с другими субъектами в рамках коммунального аспекта "северного предприятия" есть создание репутации "у меня просить бесполезно": и тут может быть примитивное решение, отпугивание, которое дорого стоит потому, что убивает вообще всякую охоту общаться; а может быть сложный, избирательный, штучный подход, когда на каждого попрошайку вместо подачки найдётся сделка, когда он полученное отрабатывает. Конечно, не обязательно захочет отработать, может и отказаться, а потом проливать слёзы "в Москве отказались от братьев".

То же относится и к "вредительству вообще". "Мне вредить бесполезно".

Работа же со связями других субъектов между собой сводится к обессмысливанию действий и разрушению планов этих субъектов по объединению между собой ради попрошайничества у меня в частности и вредительства мне вообще.

Поддерживать и укреплять связи между собой ради каких-то других целей, меня не касающихся, полных вашего внутреннего своеобразия - "играйтесь-играйтесь, мужички". Позволять же вам объединяться против меня - не позволю, такое плохо. Нет, не объединяться против меня плохо, у вас тут может быть сколько угодно своих мнений по этому поводу. Позволять вам такое было бы плохим поступком с моей стороны, а я не хочу поступать плохо.

Замечу, что это господствующий дискурс в лоялистском описании той же внешней политики РФ (очень большого предприятия) сегодня. Соответствие описания действительности - "второй сложный вопрос". Однако словеса, по крайней мере, правильные.

И я искренне затруднюсь проименовать "коммунальный продукт" "северного предприятия" одним словом. Может быть, его просто нет в языке. "Разделяй и сотрудничай". Может быть, "северное предприятие" производит чужую конкурентоспособность? Затрудняюсь определить.

Однако перепроизводство такого "коммунального продукта" влечёт за собой вполне описуемые и неприятные последствия. Других субъектов, которым упорно и последовательно отказываешь в фаворе, рано или поздно перекупят, то есть связи с ними полетят в пользу более выгодных, халявных - пусть только здесь и сейчас - связей с конкурентом.

Помнится, читаю - давно, в начале тысячелетия - западную рецензию на какое-то рассуждение опять-таки западных учёных, которые указывают (немыслимо!), что связи в СЭВ и ОВД "были гораздо горизонтальнее, чем принято считать".

Лицо у меня, наверное, тогда было такое же, что и нынешними рабочими утрами, когда старшее поколение родной кафедры присылает очередное нечто, что оно (они, оне) считают документом.

"Принято", б...дь. Они победили тогда потому, что "гораздо" и "принято", а теперь кривляются.

Ладно, не буду грустном. Вернусь к теме, когда время позволит.

На всякий случай повторю ("Штирлиц знал, что запоминается последняя фраза"): этическая оценка любого предприятия возможна

а) только в применении к его коммунальному аспекту и
б) в случае выраженного наличия такового в предприятии.

Иначе всё было бы слишком просто.

Спасибо за внимание и будьте здоровы.


Tags: общество, теория, экономика, этика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments