Джагг (17ur) wrote,
Джагг
17ur

Categories:
  • Mood:
  • Music:

На полях. Русский ум как надежда слабейшего.

Перечитывал лекцию Ивана П. Павлова, «Об уме вообще, о русском уме в частности», которую заслуженно называют знаменитой. Автор на хорошем русском языке (да, по нынешним временам такое требует отдельного упоминания) излагает вполне нелицеприятные вещи о том, что творится в головах у окружающих его людей, и почему творящееся ему не нравится. Лекция прочитана весной 1918 года в городе Петрограде.

В рамках своих скромных познаний о Гражданской я понимаю тогдашнюю обстановку (1918, вполне забываемый) как совершенное дно, минимум порядка на протяжении всей зарубы, и сам этот минимум в конкретном городе своими формой и качеством обязан собой был пресловутой «красной гвардии», над сильно облагороженной версией которой Михаил А. Булгаков позднее подтрунивал, рисуя Швондера с присными.

Лекцию на ссылке прочтите, если ещё не сподобились. Совет искренний и добросердечный. Я перечитываю и горжусь. Самое меньшее, сможете потом этак через губу пенять всяческим российским резонёрам на их неумные восторги местным народишкой, почувствуете себя белым человеком... то есть я хотел, сказать, подчеркнёте и укрепите в себе эту благородную уверенность в превосходстве собственной цивилизованной персоны над самозабвенно бурлящим вокруг азиатским рабством.

Я же перечитывал и вспоминал старые добрые рассуждения на тему стратегии: точнее, хрестоматийные подсказки, как победить слабейшему. Эти рассуждения повторены немалым количеством авторов, и я полагаю, что читатель их обрящет без особенного труда. Основная мысль заключена здесь в напоминании о том, что сила есть не только масса, но и движение, и сильнейший количественно обладает большей массой, но не обязательно способен к движению, сопоставимому с движением своего противника. Противником может статься и Фигаро, который то здесь, то там.

Понятно, что вполне возможно совершенное превосходство в силах, когда при равном сколь угодно быстром движении один из оппонентов чистым количеством перекрывает всякое движение своего vis-à-vis и неуклонно, безо всякой надежды загоняет того в угол.

Однако в немалом количестве ситуаций превосходство в массе оказывается большим, пускай и не настолько большим, чтобы его нельзя было надеяться отменить через превосходство в движении, выраженное в неожиданной и сосредоточенной атаке со стороны слабейшего с такой мерой воздействия на количественно сильнейшего, которая радикально изменит status quo.

Такая надежда, я считаю, есть топливо большей части общественных процессов, собирательно именуемых «политикой». А может быть, и сама политика – всего лишь способ человеческому общежитию более или менее безвредно избавиться от этой надежды слабейшего, которая, оставленная без присмотра, человеческое общежитие уничтожит. Выбирайте, не принуждаю.

При чём тут русский ум в изображении Ивана Петровича Павлова, великого человека безо всяких кавычек? При том, что лектор, мнится мне, подробно и непротиворечиво, пускай и негодующе, описывает подход слабейшего в некоей условной «битве умов», где позиция количественно сильнейшего уже занята умом европейским, умом многочисленных университетов, который лектор решил взять за безусловный эталон. Его право.

Однако, если рассматривать такую битву умов как эффект, условие и один из аспектов противостояния разных стран и народов, то распоясавшееся у нас в прошлом веке «единственно верное» выглядит той самой «неожиданной и сосредоточенной атакой», несомненной удачей слабейшего, сказавшейся хотя бы в том, что авгуры противоположной стороны честно прописывали этого слабейшего в куче фантастических романов как неизбежный признак очень далёкого будущего.

Или не только удачей выглядит, или у нас и в самом деле с людьми дела чуть получше, чем «у них там», в эволюционном смысле... Извините, внутренний нацист куролесит.

О чём я это всё? О том, что люди нынче хотят, а иногда и хочут неразрывной российской истории на протяжении столетий. Видите ли, стратегия слабейшего в интеллектуальной сфере со стороны российского общества, обдуманно или стихийно, здесь должна была начаться где-то в первой половине девятнадцатого века. Ну да, родные мои Интернет-юзеры, это когда тиражи разноязыких газет схлестнулись среди грамотных читателей уже не континента, а материка.

«Добрый день, мы русские нигилисты, отстали от группы, нас потом Тургенев с Достоевским пугаться будут. Страна у нас бедная, у самих нас ничего нет, сплошь землепашцы, с трудом отличают собственную подпись от крестика. Мы тут посидим, подождём, пока вы тут в Европах что-нибудь придумаете? Нам много не надо, что-нибудь такое складное, доходчивое и убедительное, евреи с немцами пусть какие-нибудь про собственность побалагурят... не-не-не... ну какие комиссары на ИСах в Берлине... мы страна бедная, мы окраина, что вы тут нас страшитесь».

Как-то так. Мне даже как-то стыдно поминать, что тот же Иван П. Павлов выдавал

«Вообще у нашей публики есть какое-то стремление к туманному и тёмному. Я помню, в каком-то научном обществе делался интересный доклад. При выходе было много голосов: «Гениально!» А один энтузиаст прямо кричал: «Гениально, гениально, хотя я ничего не понял!». Как будто туманность и есть гениальность. Как это произошло? Откуда взялось такое отношение ко всему непонятному?»

Иван Петрович, мне до Вас как до соседней Галактики. И Вы это проговариваете в 1918 в Петрограде, а я тут, со всеми своими знаниями, едиными проездными билетами и кредитными карточками. Однако гений – это всё же вдохновитель, а не информатор. Отсюда взялось. Ну, покажу я Вам фотографию младшего политрука Алексея Ерёменко... Вы же раньше умерли. Вы ведь не поймёте, хоть и гений.

Ладно, хватит на обеcutченное сегодня. Спасибо за внимание. А лекцию Павлова – если будет время, то и его письма красной власти – прочтите. Он в самом деле эталон. А чего эталон - Вам решать.


Tags: история, общество, политика, ссылка, теория
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments